Она: юная, неопытная, странная, решительная. Он: юный, амбициозный, воин, непокорный и смелый. Почему они должны пройти испытания, каждый по отдельности, вдали друг от друга? Почему она любит его и в то же время боится этой любви? Кто или что заставляет её бежать от него? Кто или что заставляет её делать то, что она делает? Загляни в их историю и пройди этот путь вместе сними. Проживи их жизнь и ты получишь ответы на многие вопросы. История, которая закончится загадкой! Такого ещё не было!
Роман посвящается моему сыну.
Душа моя, Душа моя!
Мой светлячок горит во тьме.
Моя Душа лишь для тебя
И свет мой это путь к мечте,
Которой верить я хочу.
И я лечу, и я кричу,
И вижу небо, и звезду,
А та звезда, конечно ты.
Дороги все ведут к любви
Я перекинула мосты,
Сквозь годы ты меня зови,
И небо цвета твоего
Укажет путь для сердца моего!
Kris Ptica
«И тут я побежала! Я бежала, бежала, не разбирая дороги, моё сердце выпрыгивало из груди, а мысли путались, да так, что не было возможности, что- либо осознать или подумать. Бежала пока не упала без сил на землю. Ударилась лбом и боль отрезвила меня. Я зарыдала, не от того, что ударилась лбом, не от физической боли, а от душевной.
Как они могли?! — думала я, — отдать меня этому мальчишке в жёны?! Ведь я не люблю его, не хочу его, он даже мне совсем не по нраву!
Я плакала, и душевное равновесие покидало меня с каждой слезинкой, что выходила из моих глаз. Мне хотелось убежать так далеко, как только это вообще было бы возможным в моём случае. Я не думала тогда о том, что меня догонят и вернут обратно, я просто хотела быть свободной и распоряжаться сама собой, а не выполнять чьи- то желания и указы.
Светозар- Архонт и союз с этой семьёй для нашей было спасением, и установлением мира на принадлежащих нам землях. Наши семьи всегда испытывали недоверие и трудности как соседи, и даже случались войны в прошлом.
И теперь вдруг эта свадьба! Мне даже подумать не дали, не спросили меня, а назначили дату и так быстро, что я не успела глазом моргнуть, как оказалась перед служителем Храма вместе с Светозаром, и он нас обвенчал. Нам обоим всего по восемнадцать. Мы ничего толком не видели в жизни, не то, что наши отцы, создавшие союз с нашими матерями, когда уже были славными воинами. А наши матери многому научились, и много путешествовали, прежде чем вышли замуж. А тут вдруг такая спешка?! К чему это всё?!
Я была как во сне, когда он мне надел на безымянный палец кольцо. Меня как будто заколдовали, настолько я чувствовала себя потерянной и обманутой теми, кому доверяла больше, чем сама себе. Мама, папа, все сговорились против меня. Злоба теперь душит моё сердце. И эта ночь, проведённая со Светозаром. Эта боль- потеря девственности и стыд, испытанной мною, как девушки, вынужденной отдать свою первую жажду любви нелюбимому!
Ничего из этого не выйдет! — так я думала в тот момент, и когда он уснул, я потихоньку выбралась из спальни, оделась, взяла с собою всё то, что мне дали мои родители, и выскочила из дворца».
Старик смотрел на девушку лет восемнадцати, в глазах её золотистого цвета отражалось отчаяние, боль, недоумение, горечь обид. Волосы чёрные как крыло ворона были растрёпанные и на них висели кусочки листвы, и соломинки, травинки, были спутаны и когда то в прошлом её шикарная причёска, предназначенная для торжества, сейчас была в плачевном состоянии. На тонком носу небольшая царапина, видимо после падения на землю она оцарапалась и не заметила в горячности своего гнева, и вообще всё её стройное тело, лишённое женской привлекательности, дрожало то ли от стресса, то ли от боли, а может быть от того и другого вместе.
Он внимательно осматривал её. Как могла эта девчушка хоть кому- нибудь понравиться? Узкие бёдра девушки навряд ли могут взволновать мужскую плоть, а худые плечи, это плечи ребёнка.
«Да, — подумалось ему, — Даймоны поторопились с этим союзом, но видимо другого выхода не было».
— Как зовут тебя?
— Есения, — был её ответ.
Старик утвердительно кивнул головой.
Есения с любопытством смотрела на этого мужчину в возрасте старца. Седые волосы его были длинными и заплетёнными в косу, которая спускалась по его спине почти до поясницы. Серые глаза старика глядели на неё с интересом, и в них не было какого- то сочувствия, только любопытство, но и отеческая нежность в них тоже присутствовала, от этого ей было приятно находиться в его обществе, и она с лёгкостью ему всё рассказала, не заботясь о том, что перед ней незнакомец.
Его белоснежный цвет кожи отдавал мраморным тоном, а значит этот человек из рода Монос. У её семьи с ними были торговые союзы, и вроде бы насколько она помнила, они не враждовали семьями.
Есения посмотрела на свои испачканные руки. Её красивая кожа золотистого оттенка теперь была в грязи и потеряла свою привлекательность.
— Мне бы воды, — произнесла она и с надеждой посмотрела на старика, — пить очень хочется.
Тот достал флягу и протянул девушке.
— Пей, сколько захочешь, — он внимательно и как то оценивающе теперь смотрел на неё, — у тебя впереди дальняя дорога.
Есения не обратила на его слова внимания, она схватила флягу и жадно прильнула губами к горлышку. Напившись вдоволь, она отдала флягу старику. Тот не взял.
— Оставь себе, она нужнее тебе, а не мне.
— Как твоё имя, Монос? — Есения закрыла горлышко фляги и прицепила её к своему кожаному ремню, туго затянутого на её талии.
— Я для тебя просто старик, нет у меня имени.
— Хорошо, как скажешь, — девушка протянула руки к огню.
