— Господин полковник? — протянул с задумчивым видом, разглядывая район предполагаемой работы, привлёк внимание Изотова к карте. Сопоставил новый маршрут со старым, из Душанбе, подчеркнул расстояния. — Гляньте, что у меня тут получается…
— Да? — склонился над столом и полковник. Тоже вгляделся в ту область карты, к которой было приковано моё пристальное внимание. — И что?
— Вот это наш с вами прежний маршрут. А вот это расстояние до Шугнана из Душанбе. Видите? — показываю карандашиком — А вот эта тонкая линия обозначает расстояние до того же Шугнана, но уже из Ферганы. Замечаете разницу?
— Вы хотите сказать, что можно было сразу добираться всем отрядом сюда и из Ферганы летать в обе стороны? — полковник не удержался и принялся самостоятельно перемерять расстояния. — А ведь верно, прежний маршрут получается всего-то на десять вёрст больше.
— То-то и оно, — больше ничего говорить не стал, и так уже всё понятно…
— Это же сколько впустую потеряно времени и сил, — смотрит на меня Изотов. И закономерно предлагает. — Николай Дмитриевич, вы обязаны доложить об этом его превосходительству!
— Не смешите меня, Константин Романович, — хмыкнул зло. — Вы уже и про письмо с приказом забыли?
— Но… — полковник смотрит то на меня, то на лежащий перед ним приказ. И его осеняет. — Может быть, они считали, как привыкли? На лошадках и пешком через перевалы и долины? А вы-то летаете напрямик. Поэтому и расстояния у вас разные?
— Может быть, — соглашаюсь.
— Тогда тем более нужно все ваши расчёты представить его превосходительству. А чтобы вы не сомневались, мы с вами вдвоём к нему пойдём.
— В следующий раз?
— В следующий раз, — согласился Изотов.
— А сейчас будем действовать согласно приказу, но внесём в него кое-какие дополнения, — смотрю на полковника, не станет ли он противиться моей инициативе?
— Какие ещё дополнения? — ожидаемо напрягается Изотов.
Но хоть не отвергает сразу, уже хорошо. Ладно. Раз так, то слушай:
— Завтра работаем согласно приказу. Но сначала сделаем так…
Четыре с половиной часа лёту до нашего поста в Ташкургане и заходим там на посадку. Помню о столичном конфузе и укрепление облетаю стороной. Садимся прямо на караванную тропу, на так называемый Памирский тракт и быстро гасим скорость. До крепости остаётся около полсотни метров, ближе не решаюсь рулить и выключаю мотор. На барбете в нашу сторону тут же разворачиваются две митральезы Норденфельдта, отовсюду торчат головы в папахах или фуражках.
Тихо было до той поры, пока полковник куртку с плеч не сбросил и погонами не сверкнул. Только тогда заскрипели ворота, и нам навстречу вышли несколько человек. Я остался у аппарата, а полковник выдвинулся им навстречу. Прошёл шагов десять и остановился, полковник всё же, не капитан.
Встреча, как говорится, прошла на высоком уровне. Обе стороны обменялись приветствиями и верительными грамотами. На самом деле Изотов представился сам, а чуть позже представил и меня. Показал и вчерашний приказ генерала Ионова. Дождался, пока хозяева ознакомятся с его содержанием и предложил начальнику поста взять самолёт под охрану:
— Господин капитан, прошу вас распорядиться выставить охранение у самолёта с приказом никого к нему не подпускать, кроме меня и пилота. В кабине груз бомб, не дай Бог какой любопытный нос сунет. Рванёт так, что от крепости одни руины останутся.
— Тогда я должен сначала сам осмотреть груз и убедиться, что сейчас он никакой угрозы крепости и находящимся в ней людям не представляет.
— Резонно, — согласился Изотов. И пригласил офицеров пройти к самолёту. — Прошу вас.
— Господа, позвольте представить, его светлость князь Шепелев Николай Дмитриевич, изобретатель и пилот этого самолёта. Распоряжением Его императорского Величества проводит испытания своего изобретения в условиях, приближенных к боевым. Тем же приказом предписано всем встречным оказывать ему в том всяческое содействие.
Офицеры представились согласно старшинству, казачий унтер-офицер что-то пробурчал и тоже назвался. Понимаю, слишком молодо выгляжу я в их глазах, вдобавок юнкерские погоны сильно смущают.
Начальник поста, капитан Аносов всё-таки осматривает самолёт. Вижу, что движет им любопытство, поэтому не препятствую. Наоборот, вкратце рассказываю, на что этот аппарат способен. Вопросы так и сыплются. К осмотру подключился заместитель начальника, даже унтер подошёл поближе. Но вид делает, что подошёл просто так, за компанию, а ему самому всё это неинтересно.
Дальше всё просто, выставили караул из солдат гарнизона вокруг аппарата, а сами проследовали внутрь крепостицы.
Да, во время выставления охраны специально задержался, хотел лично убедиться в том, что мне и Изотову разрешено подходить к самолёту в любое время.
