Рядом с нервной дырой камни был отчетливо затерты — темный налет на них побледнел, кое-где даже проглядывал неубедительный слой побелки.
— И что это, по-твоему? Воры? В такую дыру даже ребенок не пролезет.
— Нет, госпожа. Не воры. И не призраки, — контрактный почти улыбался, в глазах у него прыгали шкодливые искры смеха. — Это еноты.
Чудовищное облегчение, навалившееся на Теодору, привело к закономерному результату. Организм понял, что безвременная кончина отменяется, и рванул наверстывать упущенное. Тео захотела есть, пить, развлекаться — и скупить содержимое всех магазинов, которые попадались по пути. К счастью, здравый смысл возобладал. Тео ограничилась двумя здоровенными горшками с какими-то буйно цветущими кустиками. Продавец, уверяющий, что герани совершенно неприхотливы, вот буквально полил и забыл, всучил этих чудовищных глиняных монстров Тому. Тот принял ношу с совершенно непроницаемым лицом, но где-то совсем близко к поверхности, как трехметровый сом подо льдом, плавало здоровенное «А я же вам говорил!».
Но далеко тащить горшки не пришлось. В двух шагах от цветочного магазина обнаружилась крохотная кафешка, из которой завлекательно тянуло жареным мясом и тестом. Помещение было настолько маленьким, что хозяин, воспользовавшись солнечной погодой, выставил столики на улицу, декоративно разместив их на яркой траве газона. Тео выбрала место под старым абрикосом. Узловатые, растрескавшиеся ветви дерева были залиты белоснежными цветами, как свадебный торт — взбитыми сливками.
— Что госпожа желает отведать? — хозяин выкатился из здания, круглый, золотисто-коричневый и лоснящийся, словно масляный пончик.
— Не знаю. Что вы посоветуете?
— Возьмите пастуший пирог. Моя жена только что достала его из печи. Пастуший пирог в заведении Гильена — это просто… — не в силах выразить переполняющий его восторг, мужчина звонко чмокнул сведенные в щепотку пальцы.
— Ну что ж. Если ваш пирог настолько великолепен — я не могу отказаться, — рассмеялась Теодора.
Почтеннейший господин Гильен не обманул. Пирог действительно был великолепен.
Проломив вилкой хрустящую золотую корочку, Теодора обнажила влажную, рыхлую начинку. Кусочки томленой в вине ягнятины, крохотные сладкие луковки, обильно пропитанный мясным соком картофель и острые черные маслины… Пирог истекал густым маслянистым соусом и одурающе пах тимьяном и чесноком.
Теодора подцепила на вилку мягчайший кусочек мяса, подумала и добавила к нему маслинку.
— Ну и как ты понял, что это еноты?
Торопливо прожевав кусок, Том с видимым усилием сглотнул.
— Царапины. Иду я по кухню, смотрю — и вижу, что мебель-то поцарапана. А кошки в доме вроде как нет. Ну и царапины не особенно на кошачьи похожи — видно, что лапа шире была. Вот и я задумался.
Парень отпил лимонад, звякнув прозрачными кубиками льда о стекло.
— Полез я, значит, по шкафам. А они мало того что поцарапаны — так сверху еще и дерь… Кхм. Ну… То есть… Это. Которое после животных. Естественные следы. Простите, что за столом.
— Неважно, — махнула рукой Тео. — Ты нашел место, где еноты нагадили?
— Да. На шкафу. Причем давно нагадили — там все засохло уже. Служанка, наверное, так и не поняла, почему в кухне воняло. Думала, наверное, что рыба в щель завалилась или навроде того, — Том выцелил в тарелке маслину. — Вот тут-то я начал поверху искать. А над шкафами как раз вентиляция. Я туда сунулся — смотрю, штукатурка вся расцарапана, внутри хода шерсти нацеплялось, хоть варежки вяжи. Ну, я и прикинул одно к другому.
Контрактный торжествующе улыбнулся, но тут же смутился, уткнулся в тарелку и торопливо набросился на пирог.
— Вот как-то так оно было, — пробормотал он с набитым ртом.
— Спасибо. Если бы не ты, я бы не справилась, — совершенно искренне поблагодарила Тео.
Мучительно алея ушами, Том еще ниже ссутулился над тарелкой.
— Да я… Да что я… Посмотрел просто. Любой бы смог.
— Как видишь, не любой. До тебя никто не додумался енотов на шкафах искать. Так что я очень рада, что взяла тебя в город, — Теодора подняла зеленоватый прозрачный лимонад. Из стакана пахло цедрой, базиликом и какой-то незнакомой терпковатой травой. Она осторожно попробовала напиток — кисло-сладкий, чуть вяжущий, с легким привкусом жженого сахара. — Ты поэтому так напрашивался? Сразу заподозрил, что проблема в животных?
— Я? Нет. Сразу я ничего не понял. Думал, и правда призраки.
— А почему тогда пойти хотел?
— Ну… Я… Если это и правда призраки… — контрактный методично ломал вилкой свою порцию пирога. — Я вот как подумал. У меня ж одиннадцать арендаторов было. Ну что мне этот призрак сделает такого, что я не видел?
— А мне, значит, сделает?
— Вам — да. Вы же дама.
Теперь Том не разламывал пирог, а старательно давил его в кашу.
— Вообще-то я дипломированный маг.
— Ага. Были.
Каша медленно, но верно превращалась в пюре.
— Это с тобой Мэри поделилась соображениями? — нехорошо прищурилась Тео.
— И Мэри тоже, — контрактный таращился в тарелку так пристально, словно от качества пюрирования пирога зависело его будущее.
— А кто, кроме Мэри?
