— Как мы разнесли ваш причал в проклятом отныне Карбере! Все увидите!
Я повысил голос:
— Сложить оружие к этому борту, всем отойти к тому и сесть! Кто не подчинится… затопим весь корабль.
Капитан нехотя вытащил из ножен меч и зло бросил себе под ноги.
— Мы без мачты, вы сильнее, мы сдаемся.
— К тому борту, — напомнил я.
Капитан и его люди медленно, показывая, что ничуть не боятся, но вынуждены, отошли к тому борту и сели на дно.
Ваддингтон первым прыгнул через борт, за ним еще несколько его гвардейцев, что сразу же встали охранять трофейное оружие. Перебросили и мостки, хотя по ним можно разве что скатиться даже на возвышение на корме.
Остальные ринулись шарить по судну. Я с кривой усмешкой подумал, что добыча и не может быть велика, все-таки это не каравелла, тем более не галеон, нагруженный золотом, однако для этих людей и такое вот богатая добыча…
Почти час перетаскивали провизию и воду, еще раньше забрали все оружие, снимая с пленных перевязи и даже пояса, потом прошлись придирчиво по карманам, содрали все перстни и кольца, у капитана вообще все пальцы были унизаны, смотреть страшно.
Когда закончили, я напыжился и обратился с речью:
— Вернетесь в порт, вам расскажут, почему мы так себя ведем!.. Мы прибыли в ваш город как мирные путешественники, а нас схватили и бросили в тюрьму!.. Так что это ваш король отвечает и за ваши беды!.. Если поднимете мятеж, то, возможно, наш благородный и великодушный король и не станет сметать ваше королевство с лица земли… В общем, вытаскивайте из воды мачту, ремонтируйтесь и плывите в порт.
Гвардейцы отцепили крюки, матросы с силой оттолкнулись длинными баграми, и корабли начали медленно расходиться.
Они там долго еще сидели, то ли опасаясь подняться, то ли обсуждая, что такое случилось, почему над их головами навис грозный призрак истребительной войны, а когда начали подниматься, мачту с парусом волны отнесли уже далеко.
— Не наше дело, — сказал мне Фицрой. — Они сами виноваты. Да и вообще… ты как будто все время оправдываешься!
— Оправдываюсь, — огрызнулся я. — Но… в то же время… иметь преимущество и не пользоваться?… Если на стороне добра, то можно?…
— Нам все можно, — согласился он. — Потому что это мы!.. А им нельзя, потому что это они.
— Верно, — согласился я с усилием. — Прогресс придуман для того, чтобы пользоваться преимуществами!
За нашими спинами то и дело вспыхивал хохот, слышались шуточки, снова хохот, Фицрой понизил голос:
— Может, не стоило отдавать всю добычу команде?
Я отмахнулся.
— Пусть. Это мелочи. Зато покупаем лояльность команды. Увидят, служить мне еще и выгодно. И всем расскаждут.
— Далеко смотришь, — заметил он. — Не представляю даже, на какую добычу нацелился.
— Это хорошо, — сказал я.
— Но догадываюсь, на мелочи размениваться не возжелаешь?
— Не для того мы все это затеяли, — отрезал я.
Он сказал с интересом:
— Ты с таким пафосом рассказываешь, что их проклятый король вероломно схватил нас и бросил в тюрьму… в самом деле веришь, что твой рассказ разойдется по королевству и там поднимут мятеж против такого правителя?
Я покачал головой.
— Нет, конечно. Это оправдываюсь за грабеж. Это вам никакие оправдания не нужны, просто грабите, и все!.. Потому что можете. А мне, как демократу, убивать и грабить так просто нельзя, нужны оправдания…
— А ты их, конечно, находишь, — сказал он с пониманием.
— Конечно, — ответил я с некоторым удивлением. — А нет; так придумываю сам. Я человек образованный и культурный, под что угодно могу подвести базу и что угодно объяснить и оправдать необходимостью или далеко идущими стратегическими целями гуманиста.
Он посмотрел несколько странно.
— Ты совсем другой. Даже не понимаю… то ли предельно подлый, то ли именно другой…
— Когда подлость становится массовой, — объяснил я, — она уже не подлость. Остается только закрепить законом, и вот тебе новый благополучный и демократичный мир. И по-своему справедливый. Понимаешь, когда подлые все, то подлых как бы и нет вовсе. Никто никому не верит, за всем следят юристы, всё только по договорам, подписанным и заверенным нотариусами.
Он спросил, морща лоб:
— Погоди-погоди… У нас разбойники те, кто прячется под мостом… или в лесу и грабит путников… А у вас… что, разбойники всевсе?
— До единого, — ответил я честно. — Потому их как бы и нет. И разбоя нет, мы это называем другими именами. Например, удачным менеджментом.
Он посмотрел на меня несколько странно.
— Знаешь, Юджин… когда захочешь вернуться в свое королевство, возьми с собой, хорошо?
— У нас ад, — сказал я честно, — а тут рай и счастье.
— Я не настолько стар, — сказал он, — чтобы восхотелось рая. А пока молод, нужно пройти ад вдоль и поперек!.. Постой, что там темное на горизонте…
— Ад, — ответил я. — Приближается ад. В смысле, шторм.
Грегор прокричал:
— Двое на руль к Джонадеру! Привязаться, чтобы не смыло!.. Опустить парус, натянуть канаты…
