— Плевать! Я за тобой присмотрю, прежде чем ты наделаешь глупостей.
— Я хочу, чтобы ты ушла.
— Хоти, — пожала она плечами. — Хотеть тебе никто не запрещает! — и уселась на новый диван, который купил Кириги. — Кстати, ты бы без меня и дверь не открыла.
Я сдалась. Не было ни сил, ни желания бороться с окружающим миром. А тем более с человеком, который хотел помочь.
Собственная кровать показалась мне чужой, но, несмотря на это, лишь коснувшись подушки, я провалилась в сон без сновидений.
Я проснулась в теплом коконе из одеяла и мужского тела.
— Доброе утро, — прошептал мне Кириги на ухо. — Вернее, день.
— Доброе, — лениво подтвердила я, как тут ко мне вернулась память и я резко села на постели: — Ты живой! Как это может быть?
— Ты предпочитаешь видеть меня мертвым? — так же лениво ответил Кириги. — Тогда я пошел.
Он действительно собирался встать и уйти, но я поймала его за руку:
— Нет!
— Передумала? — улыбнулся он и не просто вернулся, а повалил меня на кровать. — Вот так бы сразу!
— Я просто не понимаю… — пожаловалась я.
— Я — небожитель, — пожал он плечами. — Мы можем вернуться. И даже если бы я не нашел в себе силы или способности меня бы вернула Кэтрин или сама Морган, — он помолчал, а потом добавил: — Но если между нами, то доверяю я только Кэтрин, маме Морган. У нее просчетов не бывает.
— Просчеты? — удивилась я.
— Не обращай внимания. Лучше скажи, как себя чувствуешь.
— Я… я рада, что ты жив, — сказала я серьезно и заплакала.
— Ну, что это такое, — скривился он и прижал меня к себе. — Все же хорошо!
— Но… но… ты не знаешь, что это такое! Не представляешь, — взвыла я.
— И не собираюсь представлять, — сказал он. — Я чуть не умер, когда понял, что ты в опасности, а когда видел, как Ли… это словно побывать в аду.
Его слова почему-то ввели меня в замешательство:
— А как же Морган?
— А что Морган? — удивился он. — Кстати, она поражена тем, как ты ее провела своей сигаретой. Маришка и Шастик тоже сетуют на свою глупость. А вот Кэтрин этим не обманешь. Она тебя сразу узнала.
— Как? — спросила я. — Мы ведь незнакомы.
— По запаху.
— От меня что… пахнет?
— Да, — сказал он весело, а потом зарылся носом в волосы: — Мной.
Мне стало стыдно.
— Она узнала о нашей близости по запаху и сказала Морган?
— Она всем это сказала.
— И ты теперь зол на нее?
— Она тебя спасла от Ли. Мне не за что на нее злиться.
— Но она поставила крест на ваших с Морган отношениях. И именно поэтому ты сейчас здесь, а не с ней.
— А с этого места поподробней, — удивленным голосом сказал Кириги.
— Ты любишь ее, — сказала я и эти слова отозвались болью в сердце. — Ты назвал ее своей второй половинкой. Мужчины такими словами не разбрасываются. Ты хранишь ее портрет, словно реликвию. А еще она приходила к тебе и ты испугался, потому что я была в твоей постели. Я просто не хотела мешать.
— Джен… — нежно сказал он, а я рявкнула на него:
— Ты сам спросил! Так теперь слушай!!!
Он взял мою руку в свою и поцеловал пальцы, сказав:
— Я слушаю.
— Я не удержалась и посмотрела через видеокамеру, кто к тебе пришел, а это она… вы обнимались, словно любимые после долгой разлуки… — я опять сглотнула ком, а он открыл рот, что бы что-то сказать, но я его оборвала: — Слушай, черт тебя дери! — меня опять задушили рыдания, а он молчал, но подтянул меня к себе и положил голову на колени и начал гладить спину успокаивающими движениями. — Я подумала, что она, наконец, пришла к тебе, чтобы… чтобы сказать, какой она была глупой и что хочет быть только с тобой… а тут я… мне показалось, что это неправильно, если она застанет меня в твоей постели, ведь тогда она не простит… а мы занимались на постели люб… сексом… не годиться… любить свою вторую половинку на грязных простынях…
— Грязных?!? — его возглас негодования прорвал тишину и мою муку, а он извинился: — Прости.
— Я поменяла простыни, — меня крепче обняли. — Я хотела сделать так, словно меня и не было там никогда. Чемодан спрятала… я еще подумала, что выбросишь при случае… — объятья стали теснее. — А потом… потом я пыталась не шуметь, ведь она тоже небожитель — услышала бы… а ты дверь открыл… — я впервые с начала разговора подняла на него глаза. Он смотрел на меня с ужасом, но я все равно продолжила: — А я поняла, что для меня.
— Что значит "для тебя"? — не выдержал он опять.
— Что ты хотел, что бы я ушла и оставила вас вдвоем, — пояснила я.
Его глаза вглядывались в мое лицо ища ответы и не находили, а если и находили, то отражались в его глазах болью:
— Если все так, как ты говоришь, — я впервые слышала, чтобы его голос дрожал. — То ответь мне на один вопрос. Почему ты не устроила скандал и не хлопнула той же самой дверью?
— Как я могла?!? Ты же ее любишь!!! — возмутилась я
— Даже если бы так и было, то ты то тут при чем? — тихим, разъяренный голосом спросил он.
Мне от его слов стало больно. Он прав — я не причем.
— А я тебя люблю, — чуть слышно призналась я. — И хочу, что бы ты был счастлив. Если для этого нужно наступить себе на горло, поменять простыни и постелить новые для твоего счастья с другой женщиной, то я это сделаю. Вернее сделала. Вот такая вот правда.
