После того, как ей так и не удалось уговорить Давида передать поместье под управление верного ей человека, сестра надолго исчезла из его жизни. Последний визит Тианы состоялся около полугода назад. Честно говоря, всё это время Давид даже не вспоминал о ней. И не удивительно, брат с сестрой не были близки. Разница в десять лет, отсутствие общих интересов, редкие встречи – всё это не способствовало развитию родственных чувств.
Давид уехал в столицу получать образование, когда сестре было восемь, а вернувшись, застал её уже невестой одного из землевладельцев. Семь лет брака не пошли на пользу ни Тиане, ни её мужу. Вскоре они стали жить каждый своей жизнью. Он – в загородном поместье, она – в столичном особняке. Единственное, что связывало супругов – это сын, появившийся на свет в первый же год супружеской жизни. Мальчик жил с отцом и виделся с матерью лишь изредка, но, как это часто бывает, очень её любил.
Тиана же так и не прониклась к сыну материнскими чувствами. Она слишком любила себя, и для других привязанностей в её сердце просто не осталось места. Всё, что её заботило - это наряды и развлечения. Муж, получив наследника, не противился её желанию переехать в столицу. Такое положение дел устраивало обоих, по крайней мере, до недавних пор.
В столице Тиана привыкла жить на широкую ногу, но после смерти отца, который и после свадьбы продолжал обеспечивать любимую дочь необходимыми средствами, она стала испытывать острую нужду в деньгах. А муж отказывался выделять ей значительные суммы на наряды и украшения.
После очередной семейной ссоры Тиана вспомнила о поместье, которым так неразумно, по её мнению, распорядился отец. Тут ей и пришла в голову мысль о восстановлении справедливости.
- Боюсь, она постарается выполнить свою угрозу и потребовать отмены сделки, - сказал Райвен.
Выглядел он при этом довольно озабоченным. И Лотта его понимала. Судебная тяжба могла затянуться надолго, а у них и без того забот хватало.
- На каком основании? – спросил Давид. – Всё было оформлено по закону. Тут и волноваться не о чем.
- Она обвиняла нас в мошенничестве и сказала, что добьётся признания вас недееспособным, - не глядя на Давида, тихо произнесла Лотта.
Ей было неприятно это говорить, но кто-то же должен известить Давида о планах его сестры.
- Вот как? – произнёс мужчина задумчиво. – Не думал, что она опустится до такой низости.
А Лотта подумала, что это не самое отвратительное, на что могла пойти Тиана. Почему-то в душе всё больше крепла уверенность, что во всех бедах Давида виновата его сестра.
На следующее утро в дверь дома громко постучали. В это время все, кроме Давида, находились на кухне, завтракали и обсуждали планы на день.
Оказалось, это Тиана вернулась в поместье в сопровождении двух стражей порядка. Она стояла за их широкими спинами и победно поблёскивала глазами. Потом подалась вперёд и приказала:
- Арестуйте их всех. Они обманом завладели поместьем, а затем погубили моего брата. Вчера мне так и не позволили встретиться с бедным Давидом. Уверена, его уже нет в живых.
Один из стражников, тот, что постарше, нахмурился и сказал:
- Уважаемая тера, прошу вас, не мешать нам делать нашу работу. Мы сами во всём разберёмся.
Райвен вышел вперёд и представился, а после попросил Лотту принести все бумаги на поместье.
Стражи порядка долго изучали документы, но, удостоверившись в их подлинности, спросили у Райвена о судьбе Давида. На самом деле, их волновало только это. Ведь тера, прибежавшая с утра пораньше в участок, написала заявление об убийстве брата, а с такими обвинениями не шутят.
- Прошу вас, пройти в его комнату и убедиться, что с братом этой теры не случилось ничего плохого, по крайней мере, за то время, что мы тут находимся. Вы сами можете расспросить его обо всём, не полагаясь только на наши слова.
Райвен вёл себя очень учтиво, он даже позволил Тиане пойти вместе со стражами наверх, чтобы подтвердить личность брата.
В комнате Давида Тиана разыграла очередной спектакль. Она бросилась перед кроватью брата на колени и разрыдалась, заламывая руки и причитая, как над покойником. Потом подняла заплаканные глаза на стражей и умоляющим голосом попросила:
- Помогите мне увезти его отсюда. Я не могу оставить родного человека с чужими людьми. Я должна о нём позаботиться.
Давид не сразу понял, что происходит, когда в его комнату ввалилась целая толпа, во главе с Тианой. Но, услышав её слова, отложил в сторону книгу, которую читал и, скрестив руки на груди, спросил:
- С чего вдруг такое похвальное рвение, сестрёнка? Не навещала меня полгода и вдруг решила вспомнить о родственных чувствах?
Выглядел Давид сегодня на редкость хорошо. Немного исхудавший, но посвежевший и довольно бодрый. Усиленное питание явно пошло ему на пользу.
Стражи переглянулись и решили, что больше им тут делать нечего. За свою долгую службу они успели насмотреться на семейные дрязги. Вот и притворная игра Тианы не обманула их, а лишь позабавила.
