По всему телу Сесили прокатилась дрожь. Она снова застонала и ощутила, как натянулись одеяла, когда
— Сесили, ты слышишь меня?
Она всхлипнула.
— Что она говорила? — спросил Чарльз у Мингмы.
У Сесили остановилось сердце.
— Ничего, Чарльз, сэр. — Возможно, какая-то часть шерпы все же поверила ей.
— Сколько еще ждать вертолета?
— Около часа. Мистер Чарльз… вам стоило бы тоже отдохнуть. Вам надо позаботиться о руке.
— Ладно-ладно. Я просто хотел проведать нашу маленькую выжившую альпинистку. — Чарльз наклонился и прошептал ей в ухо как можно тише, чтобы Мингма не услышал: — Гора никогда не убьет меня.
От звука его голоса у нее скрутило желудок. Он встал и вышел. Она выждала несколько мгновений.
— Мингма, я говорю правду, честное слово.
— У тебя есть доказательства? — спросил тот еле слышным шепотом. Она не ответила. Шерпа похлопал ее по руке. — Мне нужно проверить вертолет. Прошу тебя, отдыхай.
Она ничего не может доказать.
В голове пульсировала боль, перед глазами плясали искры.
Элиз, Галден, Дуг, Ирина, Ален. Их жизни заслуживают уважения. Гора не забирала их. Их забрал Чарльз. Но кто ей поверит?
Двадцать третьего сентября падение серака вызвало чудовищную лавину на Манаслу, самой высокой горе из восьмитысячников. Лавина убила четырех человек — маститого горного проводника Дуга Маннерса, опытного проводника шерпу Галдена Сонама, одну из лучших альпинисток, канадскую француженку Элиз Готье и британского кинорежиссера Гранта Майлз-Петерсона, — а также ранила еще троих: исполнительного директора «Общения будущего» Закари Митчелла, сенсацию международного альпинизма Чарльза Маквея… и меня.
Но винить гору в этом нельзя.
Все эти смерти, а также некоторые из более ранних, наступили от руки одного человека.
Чарльза Маквея.
Будучи олицетворением зла на горе, он воспользовался ослабленным состоянием жертв, чтобы совершить свои подлые поступки. А чтобы скрыть свои преступления, использовал присущие местности угрозы: недостаток кислорода, зияющие пропасти, крутые обрывы. Кто знает, сколько еще человек стали его жертвой? У властей практически нет возможности расследовать эти смерти, случившиеся на высоте более восьми тысяч метров.
По приезде в Самагаун Чарльз сказал мне: «Где лучше всего прятаться убийце, как не в известной всем зоне смерти?»
Но время пряток прошло.
Его страшное царствование в горах закончилось. Чарльз будет разоблачен, все увидят его истинное лицо злодея, а жертвы наконец-то обретут покой.
Статья никогда не будет опубликована, но Сесили должна была записать, изложить все это словами хотя бы для себя.
Она и так провела слишком много времени в больнице. Невероятно, но она получила минимальные травмы, и самой тяжелой из них были травмы левого колена и правой руки. И еще шрамы на роговице в результате снежной слепоты. Колено и зрение должны были восстановиться. А вот кончик безымянного пальца… Его уже не вернуть. После того как она рыла снег в мокрых перчатках, ткани пальца не смогли восстановиться. Однако Сесили знала: если это будет ее единственная потеря, то можно твердо заявлять, что она легко отделалась.
У Зака было сильнейшее сотрясение мозга и перелом ноги. К тому моменту когда сошла лавина, он уже отошел от «Места повешения», но не смог перебраться через расселину. Лестница наклонилась, но не упала, зацепившись за ледяную стену, — это спасло ему жизнь, но привело к перелому. Он все еще восстанавливался после операции и готовился к переправке в Штаты.
Сесили, естественно, навестила его в больнице. Зак не помнил, что случилось на горе, — все события той ночи стали для него темным, размытым пятном. Однако то, что они вместе выжили, связало их навеки.
Сесили навестил Дарио. Он был в отчаянии и сразу поверил ее истории, но без доказательств ему нечего было инкриминировать Чарльзу.
— Я знал, что должен был убедить Элиз идти вместе со мной вниз. Я знал, что посылаю ее в логово льва. Я должен был спасти вас всех. Прости меня.
Хуже всего были заголовки. Интервью на всех основных новостных каналах. Все в один голос восхваляли Чарльза, героя, который объявил, что выполнил свою миссию и поставил рекорд, а потом выбрался из лавины, чтобы спасти ее, Сесили. Из Чарльза-завоевателя он превратился в Чарльза-спасителя. Героя Манаслу. Опасности, страх и ужас будоражили людей и лишь укрепляли миф о нем.
Каждый раз, когда Сесили слышала его имя или видела его лицо в печати или на экране, ее начинало трясти. Она была единственной, кто знал правду.
Чарльз — убийца.
