- Бедняги, не иметь главной красоты! Потому, наверное, и украшают… завидно!
/Кх-м, оригинальное рассуждение… в нем что-то есть./
- Вот я сразу представляю такой большой и красивый член как твой …
/Мм-м-м? Мой «малыш» тебе нравится?/
- и – хи-хи – еще и украшенный.
/ Это конечно, мысль, но только сам не вздумай! А то разукрасишь тут меня, пока я лежу…/
- Он в меня точно не влезет. Или влезет?
/Еще как.../
- Это, конечно вопрос…
/Нет, оми. Это как раз – не вопрос/
- Ведь ты не против, что я тебя целую во всякие такие местечки? Тебе ведь это приятно?
/еще как!/
- А в меня уже входят три пальчика, когда войдут четыре, я буду готов, Волар, и мы соединимся.
/ Когда, когда уже?!/
- Ты ведь совсем не маленький.
/Мне есть чем гордиться/
- Мне оми оставил штучку, которую надо носить внутри, чтобы к вечеру быть готовым к любви, но с ней уж очень ходить неудобно. Представь, каким бы я дураком выглядел, если бы был на совете с ней внутри.
/Спаси Тьма!/
- Да, они бы все это унюхали.
/ Это верно/
- Так вот, Летучий Змей остался вроде как доволен решением Тоэ.
/Уже просто Тоэ? Быстро. Хотя, что я.../
- Конечно, Лилле редкий подарок. Но все же он не глуп. Сейчас сидит и делает эту накидку, подозреваю, это будет что-то ужасное… у него руки не заточены под некоторые омежьи обязанности. Вот палицу бросать – это да. Сколько угодно. Глупый барс!
/А кто-то у нас такой умный! Так и закусал бы…/
- Но с другой стороны – будь он кокеткой, как бы я уберег его при дворе?
/Да, это было бы сложно даже в его возрасте. У нас есть любители малышей, хотя они могли пойти на такое просто, чтобы заполучить ценный приз. Но учебный «полет Кобр», видно, кое-кого охладил/
- А так… так все сами от него шарахаются. А теперь, зная что за ним еще и сир Кобр стоит… ну а между ними мало ли что происходит... может они так развлекаются, уча друг друга летать…
/Хотел бы я на такое взглянуть…./
- Это вроде как не запрещено… м-м-м… четвертый пальчик... потерпи еще немного, потому что ты больше, чем мои четыре пальчика. Сейчас-сейчас. М-мм хочу сжать тебя сильно-сильно… м-мне тоже хочется ощутить тебя в себе, не спеши!
/ Если бы я мог поспешить…увы-увы, но я все наверстаю/
Иилле опустился на мужа, осторожно пристраиваясь и впуская его внутрь.
/О-ох! Слава Тьме, развратник, надо будет поблагодарить оми Тилле/.
Утром Иилле задумчиво рассматривал то, что наплел Лилле. Условно это можно было назвать Шу. Но по факту таковым не являлось. Что это было – сказать было сложно. Рядом лежала внушительная кучка испорченного довольно дорогого материала, больше теперь похожего на ветошь. Судя по всему, было несколько заходов.
Иилле хмыкнул: видно, недостаток умений мальчик щедро в итоге восполнил магией, вспомнив его совет. От ее переизбытка накидку в итоге только что не искрило. Конечно, такое было даже несколько неприлично, так неразумно расходовать магию. Какой ее там только ни было. Видно мальчик упражнялся вовсю. Интересно как ЭТО теперь можно использовать? Как броню? Оружие? Активатор заклинаний? Скрывающий артефакт, коим он по идее должен быть тоже присутствовал, но, как и все остальное, «с перебором». Нити в плетении магического кружева скользили и переливались точно живые. Крючок сиротливо торчал, согнутый буквой «Z» из столешницы, куда, видно, в гневе был буквально вбит. Причем тупым концом. М-да, сразу видно, чувства из брата хлестали через край. Нити, напитанные до предела магией, то сплетались в руны, то вдруг покрывались бархатно-черным глухим орнаментом, то отливали синевой вороненого металла лансаров, то становились едва ли не прозрачными, создавая эффект невидимки и скрывая все, что было под ними, так что казалось – в столешнице дыра – и через нее виден пол... Магии в брате, похоже, было не меньше, чем в ином бете. И он ее щедро влил в свое изделие, правда, совершенно бессистемно. Ну, да это уже теперь пусть его супруг подстраивает, все же альфы – менталисты… настройка артефактов – это их… Он представил ту головную боль, которой будет, без сомнений, страдать Ишше, после отладки «творения» и даже пожалел его. Но вещь была мощной и ценной. Иилле покачал головой. В любом случае, от такого артефакта мало кто откажется. Хотя, был ли он все же Шу…? Хм.. если только весьма новым словом в древнем дизайне… но мелкому подобное было простительно. Главное – он делал все это с желанием и страстью. Похоже, последнего было больше всего. И братец настолько утомился, что уснул на своем изделии, что в принципе было неплохо. В книге говорилось, что омеги змей носили Шу до обручения у сердца, дабы она напиталась их силой и запахом. И того и другого точно – хватало. Попутно в плетении нитей Шу мерцали искристо золотые и белые волоски. Видно, сами вплелись. Он потеребил брата.
- Лилле, пора вставать. Иди, прими душ и позавтракай, у нас немного времени, думаю, что через часок к нам придут гости.
