– Помогите мне, – сказал я, дрожа от ужаса и разочарования.
Разразились крики, и вдалеке появились вспышки молний.
– Всем бежать в коридоры! – сказал шеф, толкая меня обратно к каталке.
Я боролся с ним, но несмотря на то, что он был в два раза старше, используя обе руки, он легко поборол меня.
– Опусти! Свой! Зад! – прорычал он, изо всех сил толкая меня на пол.
Бренди посадила маленького мальчика мне на колени и привела еще троих детей, которые притаились рядом со мной.
Маленький мальчик не плакал, но неосознанно дрожал. Я моргнул и огляделся, увидев вокруг себя лица, полные ужаса. Большинство из этих людей уже пострадало от одного разрушительного торнадо.
– Хочу к папе, – всхлипнул малыш у меня на коленях.
Я обнял его и прижал к боку, пытаясь загородить его настолько, насколько мог.
– Все будет хорошо. Как тебя зовут?
– Хочу к папе, – снова сказал он на грани паники.
– Меня зовут Шеп. Я тоже один. Думаешь, ты сможешь побыть здесь со мной, пока все это не закончится?
Он посмотрел на меня большими карими глазами.
– Джек.
– Тебя зовут Джек?
Он кивнул.
– Моего папу так зовут, – сказал я с легкой улыбкой.
Джек повторил мое выражение лица, а потом его улыбка медленно увяла.
– И моего папу так зовут.
– Где он? – спросил я.
– Мы были в ванне. Моя мама… моя маленькая сестричка. Стало очень громко. Мой папа крепко держал меня. Очень крепко. Когда все прошло, он больше не держал меня. Наш диван перевернулся, и я был под ним. Я не знаю, где он. Я не знаю, где они все.
– Не переживай, – сказал я. – Они знают, что тебя нужно искать тут.
Что –то врезалось в оконное стекло и разбило его. Испуганные крики едва слышались сквозь сирены и воющий ветер.
Джек зарылся лицом мне в грудь, и я нежно сжал его здоровой рукой, держа левую у живота.
– Где твоя семья? – спросил Джек, и его глаза сузились.
– Не здесь, – сказал я, выглядывая из –за плеча на разбитое окно.
Глава 9
Америка
– Сколько еще ехать ?
– На две мили меньше с тех пор, как вы в последний раз спрашивали, – буркнул Рейес.
Рейес ехал быстро, но недостаточно. Одна лишь мысль о том, что Шепли был в больнице, раненый, заставляла меня чувствовать себя так, будто я могла выпрыгнуть из машины и побежать быстрее, чем мы ехали. Мы выехали с переезда на дорогу с узким участком домов, который каким –то образом уцелел после торнадо.
Я открыла окно и опустила подбородок на руку, позволив ветру обдувать моё лицо. Я закрыла глаза, представляя себе взгляд Шепли, когда я войду в дверь.
– Лэндерс сказал, что он изрядно поранен. Вы должны быть к этому готовы , – сказал Рейес.
– Он в порядке. Это все, что волнует меня.
– Просто не хочу, чтобы вы расстраивались.
– Почему? – я повернулась к нему. – Я думала, что вы суровый солдат безо всяких эмоций.
– Так и есть, – сказал он, ерзая в кресле. – Но это не значит, что я хочу снова смотреть, как вы плачете.
– Ваша жена не плачет?
– Нет, – сказал он не задумываясь.
– Никогда?
– Я не даю ей причин.
Я откинулась на сиденье.
– Держу пари, она плачет. Просто , вероятно, не показывает этого. Все плачут.
– Я никогда не видел , как она плачет. Она много смеялась, когда родилась Майя.
Я улыбнулась.
– Майя. Как мило.
Огромные капли дождя начали разбиваться о лобовое стекло, вынуждая Рейеса включить дворники. Удары впереди, сзади и наискосок по стеклу начали отбивать ритм, отдававшийся эхом в каждом ударе моего сердца.
У голок его рта приподнялся.
– Она милая. Вся голова в черных волосах. Она появилась на свет, выглядя так, словно на ней был парик. Она была ярко –желтой в первую неделю. Я думал, что у нее отличный естественный загар… как у меня, – ухмыльнулся он. – Но оказалось, что это желтуха. Мы отвезли ее к врачу, потом в лабораторию. Они кольнули ее пяточку иголкой и сжали ступню, чтобы взять анализ крови. Александра не проронила ни слезинки. Я плакал так же сильно, как Майя. Вы думаете, я жесткий? Вы не встречали мою жену.
– А ваша свадьба?
– Неа.
– Когда она узнала, что беременна?
– Неа.
На какое –то время я задумалась.
– И даже счастливые слезы?
Он покачал головой.
– А как насчет женщин, которых вы штрафуете? Вы их отпускаете, если они начинают плакать?
– Это заставляет меня чувствовать себя неуютно, – сказал он просто. – Я это не люблю.
– Хорошо, что вы женились на женщине, которая не плачет.
– Удачно. Очень , очень удачно. Она не слишком эмоциональна.
– Звучит так , будто она совсем не эмоциональна, – поддразнила я.
– Вы недалеки от истины, – он коротко засмеялся. – Я не был уверен, нравился ли ей вообще поначалу. Мне понадобилось два года и множество занятий в спортзале, чтобы собрать нервы в кучу и пригласить ее на свидание. Я не думал, что могу любить кого –то больше, чем я любил Александру до того момента несколько недель назад.
– Когда родилась Майя?
Он кивнул.
Я улыбнулась.
– Я была неправа. Вы не придурок.
По радио раздался пронзительный сигнал, и диспетчер начал тараторить прогноз погоды.
– Еще торнадо? – спросила я.
Потом завыли сирены.
