Одноэтажный домик был крепким, каменным строением, окружённым садом, заросшим бурьяном и самосевными цветами, сладко пахнущими в вечернем холодеющем воздухе. В саду пела какая-то птичка, выводя трели, и Нед невольно вздохнул полной грудью, впитывая чистый, свежий воздух.
– Хорошо, правда? – усмехнулась женщина – потому я и не уехала в столицу, к детям, хотя они меня и звали много раз. Продай мол, дом, и приезжай. А куда я отсюда поеду? Тут прошла вся моя жизнь. Тут умер мой муж. Тут мы были счастливы, растили детей, любили, страдали и радовались. А там? Что там? Кому я там нужна? Дети присылают мне денег на проживание, так-то я не бедствую, но на сохранение поместья в порядке нужны большие деньги. Они и слышать не хотят, чтобы восстановить отцовское наследство. Видать ждут, когда я помру, а потом продадут дом. Только я никак не хочу их порадовать, скриплю себе и скриплю. Уже всех своих подруг пережила. И всё живая! Когда-то ведь я была красавица, а теперь…древняя старуха.
– Да вы прекрасно выглядите – искренне сказал Нед – вы и сейчас красавица! Никогда бы не сказал про вас, что вы старуха.
– Вот! Хоть один настоящий мужчина появился в этом городе! – улыбнулась женщина – не считая Гозара, конечно. Всё остальные мужчины просто какие-то невоспитанные дряни. Ну ты погляди домик-то, погляди! Не понравится – я тебе комнаты в большом доме покажу.
Пять комнат, кухня с очагом, ванная комната с большой медной ванной, покрытой зеленью. Спальня с большой кроватью – Нед провёл рукой по покрывалу – поднялась пыль, и хозяйка громко чихнула:
– Пчхи! Давно тут никто не жил. А когда-то ведь к нам постоянно приезжали гости, целыми семьями! А теперь – везде пыль, запустение и тоска.
– А сколько вы хотите за этот домик? Сколько я должен платить за постой? – осторожно осведомился Нед. Разговоры о финансовых затруднениях его слегка насторожили – может старушка сейчас такие деньги заломит, что и разговаривать будет не о чем. Вообще-то он совсем не представлял цен на съём жилья в городе, и теперь ругал себя за то, что не узнал эту информацию у Тираза и не выяснил ещё где-нибудь на стороне.
– Хммм…честно сказать – меня мало интересуют деньги. У меня всё есть. Всё, что мне надо – гордо сказала Зарада – только ради того, чтобы совсем уж не было глупо – золотой в месяц. Тебя устроит?
– Устроит – облегчённо вздохнул Нед – очень даже устроит. Я проживу здесь скорее всего не больше двух месяцев, потом нас отправят на войну. А потом…потом не знаю, что будет. Если всё получится – уеду в столицу, учиться на старшего офицера.
– Хочешь всю жизнь посвятить убийству людей? – грустно сказала Зарада – вот так и Гозар…как мы с ним спорили…я ему – это плохая профессия! Убивать людей – это плохо! А он – я не убивать иду, а защищать людей! От врагов! Кто прав? Не знаю, может и он. И муж так же как он говорил. Ладно. Речь не о том. В общем так – мы приберём в доме, перестираем все простыни, постелим новые. Чего-чего, а этого барахла – простыней и покрывал – у меня хватает. Сделаем уборку, всё почистим – прямо завтра с утра. В кухне всё приберём, начистим ванну, чтобы блестела. Там видел очаг в ванной? Котёл – наполняешь из колодца, разжигаешь печь, вода нагревается. Уголь и дрова за домом. Мы давно уже не растапливали печь в этом доме. Кстати – ванная не простая. Запираешь двери, и будет тебе горячий воздух, особенно если поплескаешь воды на камни, что лежат на печи. Пар – очень полезно для здоровья. Выходят все болезни. Ведро на верёвке в колодце есть. Вода чистая, вкусная, так что можешь спокойно пить. Стесняюсь спросить – а что у тебя в мешке? Это что, все твои вещи?
– Нет – улыбнулся Нед – я книг накупил, буду читать. Мне ещё многое надо узнать об этом мире. Я совсем не образован.
