— А ты шо, не знаешь, какая в меня работа?! — Хозяин зло посмотрел на жену и, раскорячив ноги книзу рогаткой, пошёл в гостиную снова своей странной, дрыгающей походкой, которой "восхищался" по утрам весь город. Откинув спину и плечи назад, как бы от непомерной гордости, он нёс таким способом свой огромный живот, подбивая его сбоку коленками. Однако ноги у него почти не сгибались уже, и он продвигался, как бы сначала падая, а потом уже выбрасывая вперёд очередную ногу, подпирающую бочку-живот. Войдя в гостиную, он громко позвал:
— Игор!
Забродин проснулся, легко сел на диван, и тут же, увидев хозяина квартиры, обрадовано вскочил:
— А, Вася! Приехал уже? Ой, да тебя прямо не узнать. На улице ни за что бы не узнал! Ну, здравствуй, дорогой! — Он хотел обнять друга и поцеловаться — не получилось: помешали габариты хозяина дома.
— Шо, рукы коротки? — засмеялся Хозяин.
— Сколько же лет мы с тобой не виделись? — попытался Забродин замять возникшую неловкость. — Неужто 34 года? Да, 34, - подсчитал он. — Изменился ты, ох, изменился! Ну, как ты здесь, рассказывай!
— Та живём помаленьку, жи-вё-ом!.. — неопределённо ответил Хозяин. И не зная, что же сказать ещё, спросил: — Тут и сестра моя работает. По культуре. Ты надовго?
— Да нет, завтра, пожалуй, и отчалю. Я ведь проездом.
— А-а, — протянул Хозяин, повеселев. — Ну й ладно, йдём тогда, той, обедать. Пропустим чё-нибудь за стречу. — Он направился в столовую.
Пока проходили из комнаты в комнату, Забродин весело говорил за спиной Хозяина:
— Смотрел я тут без тебя, как ты живёшь! Заблудиться в твоих хоромах можно! Сколько же общий метраж?
— 300 с чем-то, — равнодушно сообщил Хозяин. Привык. — А ф тибя? — Тут он остановился. Всегда в таких случаях останавливался и спрашивал: "А ф тибя?" Любил это спрашивать, и смотреть при этом в глаза. Обернувшись, смотрел и теперь.
— У меня? — Забродин расхохотался — весело, добродушно. — Тоже с "чем-то"!.. 32.
— Шо, одна комната? — удивился Хозяин. Удивился не тому, что одна, а тому, что не так этот Забродин на всё реагировал — как-то непривычно. Все начинали обычно самоуничижаться, плакаться. А этот… смешно ему, видите ли!
— Нет, зачем же — две!
— Слухай, а как ты, той, попал до миня?
— А, — понял Забродин, — верно. Милиционер у тебя перед порогом — прямо цербер! Сперва, ни в какую! И слушать не хотел. А потом позвонил. У него там и телефон на стене! Вышла твоя жена.
— Угу, — неопределённо буркнул Хозяин.
— Вася, а зачем держишь милиционера? Боишься, чтобы не обокрали?
— Та не. Пост выставляем, шоб усякие просители не лезли из жалобамы. На работе надоедають, ще й вдома.
— Понятно. А зачем у тебя, на фасаде здания, эта безобразная карта электрофикации страны? Уродство же! И от лампочек можно ослепнуть. Надо беречь электроэнергию.
Хозяина обиженно промолчал, затем зло выдавил:
— А ты, той, у миня на крыше был?
— Нет. А что там? Зачем?..
— Зачем, зачем. 2 бассейна там!
— Да ну?!
— От и ну! В миня есть и зал для кино. З двома киноустановкамы.
— Зачем?
— Знов, зачем! Шоб киномеханик, той, крутил мине усе хвильмы, до их выхода на экраны города. Хто ж должен просматрювать их на предмет, можно их людям показувать, чи нет?
— Разве в Москве не просматривают? Перестали?
— То — у Москве. А в нас народ ще, той, не дорос. До Москвы. Не всё можно показувать.
— Ну, ты даёшь! — возмутился было гость. Но что-то сообразив, перевёл разговор на прежнее: — Да-а, не дом у тебя, дворец!
— Так в миня ж ночують й дежурные повара, прислуга. Каждому ж, той, надо по комнате. А ф тибя, шо за квартира?
— Обычная. Я же говорил: 32 метра.
Добрались, наконец, до столовой, и здесь Забродин опять расхохотался. Перед входом было огромное чучело бурого медведя. Медведь стоял на задних лапах, а в передней левой держал бутылку шампанского. В правой — хрустальный бокал. На животе у зверя сверкала золотая пластинка с гравировкой: "Пей, но дело разумей!"
— Вася, Вася! — хохотал гость. — Да ты же — прямо, как сибирский купец! С размахом. Где ты его откопал?
— В ресторане. Понравился, я его, той, и выкупил.
— А пластинку — сам?
— Шо, тоже понравилась?
Забродин оборвал смех, серьёзно уставился в лицо Хозяина: вроде не шутит. И не сказал более ничего. Хозяин пожал плечами, направился к роскошному бару из карельской берёзы.
— Ты шо будешь пить?
— Да всё равно. Что ты, то и я. Даже водочки могу.
— Не держу. Армянского — могу.
— Спасибо. Забыл уже, когда его и пил — дорого! — Забродин перескочил вдруг на что-то своё, мучившее его: — Да! Как ты секретарём-то стал, расскажи. Всё хотел тебя спросить.
Хозяин даже наливать перестал от изумления. Только подумал: "От, так вопрос! Не знаю, шо й сказать дураку. Шо надо полжизни лизать вышевисящие над тобой партийные жопы. Этого ж ему не скажешь!.."
