Вихор и Жуть одобрительно закивали, а Ванька изумлённо уставился на Балабола. Толпа пуще зароптала и послышались крики: «Долой царя!», «Пусть Яга нами правит!», «Кощея на вас нет!» Иван стал испытывать ужасные муки совести, слушая дыхание народного гнева и понимая, что просто так теперь не отделаться. Балабол повернулся к Ване и прошептал ему на ухо: «Давай им Вихра отдадим. Всё равно от него пользы никакой». Иван вспомнил слова Кощея об усекновении голов и подивился его провидческому дару.
– Слушай народ царский указ! – крикнул Ванька, и толпа затихла. – Повелеваю придать смерти царедворца Вихра путём отрубания головы от туловища. Сим актом призываю народ к повиновению и надежде на скорое процветание. Как говорится, одним супостатом меньше – одним сундуком золота в казне больше. Жуть, приведи приговор в исполнение!
– Я что, палач что ли? – возмутился Жуть.
– Ну, так найдите палача! – рявкнул Иван.
Пока искали палача, смутьян в кожаном фартуке вновь обратился к царю, но голос его был слышен даже в дальних рядах:
– Не получается, государь, одним-то обойтись. Сколько уже годов нас мордами по грязи волочат. Мы требуем справедливости по-царски. Этих двух министров, что сосали нашу кровушку, надо тоже казнить, тогда народ тебе благодарен будет во веки вечные. Правильно я говорю?
Толпа кровожадно зарычала, захлёбываясь от предвкушения слюнями и воплями. Иван почесал затылок, посмотрел на посеревшего от страха Жуть и удивлённого Балабола, который глупо улыбался, очевидно, не понимая всего трагизма сложившейся ситуации, и обратился к народу:
– Я свой народ слушаю. Отныне и народ должен слушаться своего царя и быть ему верен. Эта жертва – искупление за ваши тяготы. Надеюсь, что вы будете её достойны и не подведёте своего царя в минуты роковые! Палач, руби троим бошки, но, чтобы им не больно было (с Прасковьей я как-нибудь объяснюсь, зато, не будет бубнить: «Папа сказал, папа сделал…»)
Казнь прошла в режиме балаганного представления. Народ охал, ахал и веселился, а отрубленные головы насадили на колья, и детишки резво бегали с ними меж толпы, вызывая всеобщее воодушевление…
Ванька проснулся не сразу. Сначала видение растворилось, оставив пустоту, заполнявшуюся отдельными словами: палач, голова, Балабол, народ. Потом окатил ужас от сделанного, но открыв глаза Иван понял, что не так уж плоха жизнь, которая позволяет держать в руках людские судьбы, но вершить их лишь во сне.
– Представь, я во сне приказал обезглавить своих министров, – сказал Иван Насте, когда они сели завтракать.
– Ух ты! Прям тиран какой-то. За что же их так? – развеселилась подруга.
– Народ попросил, – задумчиво ответил Ванька.
– А у тебя не хватило духу им отказать, понимаю, – продолжала улыбаться Настя.
– Ничего ты не поняла. Я совершил во сне такое, чего не смог бы сделать в реальности. Значит, у меня внутри что-то зреет? Мне немного не по себе, – грустно ответил Иван.
– В тебе накопилось раздражение, которое вылилось в кровавую сцену. Это психологически вполне объяснимо. Плохие новости последних дней не могли не сказаться на твоём настроении. Вдобавок, ты, наверно, давно не отдыхал от царских дел. Устрой себе развлечение, организуй охоту или оргию замути. Короче, тебе нужно отвлечься от текущих забот, – уже серьёзно сказала Анастасия.
– А ты со мной на охоту поедешь? – оживился Иван.
– Нет. Я хочу найти Тень и задать ему несколько вопросов. Мне кажется, прояснив пропажу Кощея, можно найти ответы на главный вопрос.
– ?
– Бессмертие… Чувствую, что мне придётся диплом переписывать.
– Ты без меня поедешь? – удивлённо спросил Ванька.
– Тебе нужно контролировать подготовку к военным действиям, да и расслабиться не помешает. Вихор сказал, что к Тени пять дней пути и пять обратно, значит, дней через десять-одиннадцать я буду здесь.
– А мы будем поддерживать связь, как раньше? – поинтересовался Иван.
– Скорее всего, нет. Я не смогу наладить контакт на большом расстоянии – у меня энергии не хватит.
– Какой энергии?
– Ну, капустки поесть или простоквашки похлебать, – улыбнулась Настя.
– Вечно ты из меня дурака делаешь, – обиделся Ванька. – Как я тут без тебя столько дней буду?
– Полно, Ваня, если тебе сиделка нужна, то это не ко мне. Я ненадолго в гости приехала, разве уже забыл?
– Прости, накатило вдруг. Но одну я тебя не отпущу, поедешь с охраной, – упрямо заявил Иван.
– Пару человек возьму, чтоб деревенские мужики не приставали, – засмеялась Настя.
– И ещё, вот тебе золотишко в дорогу, мало ли чего приключится, – сказал Ванька, протягивая кожаный кошель. – Это из тех, которые мы у Федоса забрали. Украшения я Прасковье отдал, а деньги мне тратить некуда, сама понимаешь – полное казённое обеспечение.
– Да ты эконом-царь, оказывается, – восхитилась Настя, но кошель взяла.
