Кэтрин без особых усилий подхватило чужое тело, совершенно не обращая внимания на то, что буквально вывернутое, изуродованное, оно вызывало лишь тошноту и пачкало одежду. Завернув в лес, Кэтрин быстро нашла нужное дерево и аккуратно уложила Джулию туда.
— Моли, проси и унижайся. Оно исцелит тебя и даст сил доказать, что выбор Кали был неверным.
— Я люблю её… всё это неважно, я не хочу…
— Не хочешь?
Стоун вновь мягко усмехнулась и достав из кармана маленькое складное зеркальце, показало Беккари её отражение. Скотт видел всё голубыми глазами Стоун — страх, ненависть, желание мести плескалось в глазах малышки Джулии, которая вскрикнув закрыло лицо руками и уткнувшись лицом в дерево, начала читать молитву.
— Хорошая девочка.
***
Скотт резко вырвал руку, падая на колени и тяжело дыша от нахлынувших чувств: страх, боль, невыносимая боль, ненависть, усталость, холод — всё буквально заполнило его от самой макушки и до самых кончиков пальцев на ногах. Оборотень и сам не заметил, что с его глаз безостановочно текли слёзы. Парень до сих пор почти ощутимо чувствовал языки пламени на своём теле, которые боролись с холодом смерти, заставляя температуру то повышаться, то понижаться; когти альфы, что прошлись вдоль груди, и ему даже показалось, что его собственная грудь истекает кровью до того все чувства были ощутимы и болезненны.
Все то немногое что ему удалось увидеть своими глазами было не сравнить с чувствами — Скотт шестым чувством ощущал, что от рук этих близнецов она погибала не раз, не два и даже не три. Тело до сих пор ощущало эти когти, словно они впились прямиком в сердце.
Девушка, что тяжело дышала напротив, согнувшись пополам также плакала и МакКолл теперь понимал. Сейчас, испытав всё сам, буквально на своей шкуре всё, что он хотел — убить, уничтожить, стереть с лица Земли.
— Не проси… не угрожай… я не смогу… не смогу остановиться, - задушено шептала Кэтрин.
Её глаза светились чистым неподдельным страхом, в них также плескались все те чувства, что испытал МакКолл минутой раннее.
— Не буду, - отрицательно помотав головой, ответил парень. — Покажи мне их логово. Я лично прикончу их.
========== 12. Thanks, Lydia! ==========
После ухода Скотта вновь наступила тишина. Девушка бесцельно бродила по дому, собирая пустые бутылки из-под алкоголя, а те, которые были не пусты, допивала. Кэтрин не знала, радоваться или огорчаться из-за слов МакКола. Неужели он действительно понял, что она испытывала? Возможно ли, что он тоже испытывал подобное?
Благодаря МакКолу Кэтрин понимала, что приехала в незнакомый город, где свои правила и своя стая, другие люди, кроме неё, чьи интересы тоже важны. Когда её машина пересекала черту города, ей было плевать, но сейчас, смотря, как оборотень плакал, прочувствовав её боль, она понимала, что сейчас ей уже не всё равно.
Дверь вновь открылась, ведь страх давно пропал и закрывать её не было смысла. Кэтрин устало закатила глаза и направилась к выходу, по пути крича:
— Вам что, блядь, здесь проходной двор?!
Не то чтобы она не ждала её, но лишь один взгляд дал понять, что девушка пришла сюда не по своей воле, скорее просто не понимала, что делает. Лидия смотрела в пол невидящим взглядом, а руки подрагивали, но она старалась успокоиться, теребя подол своей короткой юбки.
— Кто ты, чёрт возьми, такая? Что ты со мной сделала? – тихонько прошептала банши, запинаясь через каждое слово.
— Проходи! Не бойся, не укушу.
Девушка отошла в сторону, пропуская Мартин в дом. Всё ещё опасаясь находиться рядом с чокнутой сукой, как назвал её Дерек, Лидия осмотрелась по сторонам. Часть мозга кричала, что будь тут хоть тонны оружия, Стоун была бы опаснее, поэтому сглотнув, Мартин прошла в указанную сторону. Не найдя ничего лучше, девушка присела на край дивана, наблюдая, как спокойно и медленно Стоун усаживается напротив. И можно было бы подумать, что она делает это специально, чтобы не спугнуть и без того напуганную Мартин, но после всей бури отвратительных и пугающих чувств, что Лидия испытала, думать о Стоун в хорошем ключе не хотелось от слова совсем.
— И твой вопрос…?
После продолжительной тишины, девушка таки нарушила тишину. Лидия подняла взгляд на собеседницу и всмотрелась в её спокойное лицо. Было тысячи вопросов, но тот, который волновал банши сейчас — это то, почему она такая спокойная?
— Ты ведь знаешь, кто я, верно?
— Да, ты банши, и что с того?
— То, что я чувствую смерть. Я чувствую… твои смерти. Десятки… сотни раз ты умирала и я переживаю всё это сейчас, и скажу тебе, что это ни хрена не весело.
Лидия почти кричит в истерике, а всё также спокойная Стоун выводит ещё больше. По её вине, Мартин не спит уже пятые сутки, она бледнее, чем сама смерть, которая ей снится, впервые забыла нанести макияж и вышла из дома в абсолютно не сочетающейся одежде. Банши не может сосредоточиться на учёбе, а ведь ей скоро сдавать пробные экзамены. Она не может ничего и это пугает.
— Забавно, - хмыкает Кэтрин. — Но, малышка, я ничего не делала с тобой. Твой дар — есть проклятье одновременно, я тут ни при чём.
