Кларисса, ещё не посмотрев на бабушку, поняла, что та попадётся. Так и вышло. Алисия задумчиво покачала головой.
– Он прав, Клара, тебе стоит съездить!
– Но я не… – попыталась возразить Кларисса, но Алисия мягко и уверенно её оборвала: – Дорогая, там соберётся много молодёжи, уверена, тебе будет интересно!
Кларисса молча кивнула и, опустив глаза, уставилась в чашку с остывшим чаем.
А когда посмотрела на сидящего напротив неё Оскара, заметила, что он насмешливо улыбается. И ей вдруг показалось, что он всё спланировал заранее и теперь ликует, даже не таясь.
Она вспомнила его странное появление раньше времени, хотя обычно он опаздывал минут на десять. Вспомнила, как охотно принял приглашение отобедать с ними. Вспомнила, с какой беззаботностью согласился взять её на фестиваль, известный пьяными выходками подростков. Так что же он задумал? И зачем?
Кларисса про себя твёрдо решила, она никуда не поедет с Оскаром Касперских. Просто в последний момент придумает уважительную причину и останется дома. А сейчас упорствовать не имеет смысла.
Она глубоко вздохнула и послала парню через стол дружелюбную, насколько смогла, улыбку, заверив:
– Я с радостью поучаствую в этом значимом для нашего города мероприятии. Спасибо, Оскар, что пригласил!
– Не за что, Кларисса! – уголки его губ приподнялись, словно обещая улыбку, которая так и не возникла на нахальном лице парня.
Оскар краем глаза следил за Клариссой, державшей в руках книгу. И от осознания, что она нервничает из-за резкой смены его поведения, внутри у парня всё пело и плясало. Впервые с начала их занятий он чувствовал себя хозяином положения.
Всё-таки он выбил её из седла лошадки по имени Спокойствие! Толян оказался прав.
– Ты принёс сочинение на тему вечных ценностей в романе «Мастер и Маргарита»?
Оскар молча подал девушке тетрадь.
Он видел, что она прячет улыбку, и, чтобы окончательно её положить на лопатки, отметил:
– Потрясающий роман!
Кларисса подняла глаза, простодушно выдохнув:
– Правда?
– Да, – подтвердил парень. – Сперва не хотел читать, но так увлёкся! Ты была права, стоит только начать…
Девушка смотрела изумлённо.
– Что с тобой произошло за эти несколько дней?
«Не переигрывать», – напомнил себе Оскар и негромко обронил: – Да ничего особенного. Мне нужно закончить одиннадцатый класс, Кларисса. Иначе отец засунет меня в свою спецшколу.
Толя настаивал на смирении и душещипательной откровенности, способной растрогать и расположить девушку. Оскар тихо вздохнул. Пока он справлялся!
– В спецшколу? – недоверчиво переспросила она.
– Батя – начальник спецшколы для трудных подростков. А там… – Оскар нарочно умолк, позволив девушке самой додумать все ужасы обучения в таком месте.
И она додумала. Её глаза распахнулись шире, Кларисса закусила нижнюю губу и порывисто накрыла его руку, пробормотав:
– Ты обязательно доучишься в нашей школе! Мы сделаем всё возможное!
«Мы», – усмехнулся про себя Оскар и с грустным выражением на лице кивнул.
Девушка спохватилась, убрала руку и, открыв его тетрадь, сказала:
– Я сейчас прочитаю, и мы постараемся исправить слабые моменты.
Оскар наблюдал за ней, пока она читала, отмечая в его тексте карандашиком.
Хотелось думать, что она дура бестолковая, на совести которой он играет как на расстроенном пианино, да только мысли неожиданно приобрели совсем другие оттенки. Парень чувствовал, что ему приятна её искренняя забота и радость. И Кларисса так чертовски мило улыбалась, читая его сочинение, написанное со слов Толяна, что в глубине души Оскару стало стыдно.
Кларисса закончила читать.
– Неплохо! Но нужно немного разобраться с вечными ценностями. Ты часть мнимых ценностей отнёс к вечным.
Оскар пожал плечами. «Мнимые», он и определение этому слову не смог бы дать. Вот что его бесило больше всего в общении с этой девчонкой. Рядом с ней он чувствовал себя глупым. А кому это понравится?
А Кларисса уже пустилась в путешествие по его сочинению.
– Вряд ли можно отнести квартирный вопрос к вечным ценностям, Оскар, это мнимые ценности, которые, скорее, высмеиваются в романе.
– Да? Ну ладно.
«Никакого гонора», – сделал наказ Толя, и Оскар придерживался сценария, одобренного другом.
Кларисса улыбнулась.
– А ещё вот тут…
Оскар кивал, соглашался, где нужно, смеялся и всячески старался быть милым. Непростым делом оказалось играть столь положительную роль. Но пока играл её, он не заметил, как пролетели часы занятий.
На прощание, уже на крыльце дома, Оскар уточнил:
– Ты правда поедешь на фестиваль?
Кларисса пару секунд помешкала с ответом, а потом уверенно кивнула.
– Конечно! До скорого, Оскар!
– Пока.
Он двинулся по аллейке к воротам, но ему нестерпимо захотелось обернуться.
Кларисса стояла на пороге, ветерок раздувал подол её лёгкого платья. Оскар взмахнул рукой.
