За воротами сегодня его никто не встречал. Толя с отцом поехал на дачу забрать из гаража какие-то нужные ему детали для машины. Стас пошёл на тренировку по боксу. А Ди уехала со своими уголовниками на завод по переработке мусора. В спецшколе им прививали понимание, как важно охранять природу и не сорить на улице. Как будто только преступники бросали свой мусор мимо урн.
В любом случае все были чем-то заняты. Только он один слонялся всегда без дела. Или, вернее, раньше так было, пока не начались занятия с репетитором, которые он немедленно возненавидел.
Но сегодня всё прошло вполне сносно. Оскар не тяготился и не считал минуты до конца занятий. И его репетиторша улыбалась за эти часы больше, чем за все их предыдущие встречи, вместе взятые. Кажется, они нашли общий язык. Пусть это и был придуманный Толей язык лжи.
Оскар добрался до дома за полчаса и вышел погулять с собакой. Вечером с работы пришёл отец, и с завода приехала Ди, воняющая сигаретами.
На замечание отца «Ты как табачная фабрика!» сестра буркнула:
– Ну так попробуй отбери сиги у всех ребят в своей спецшколе! Или страшновато?
Анатолий Викторович испепелил её взглядом и, закидывая в сковородку фарш, процедил:
– А ты поменьше обжимайся с этими малолетними отморозками!
– Поздно, пап!
Отец обернулся, и, когда встретился взглядом с Ди, она тихо добавила:
– Об этом стоило подумать прежде, чем засовывать меня к этим отморозкам!
Наступила тишина. Наконец отец хмыкнул.
– После того, что ты сделала, скажи спасибо, что я тебя в полицию не сдал.
Всякий раз, когда отец напоминал Ди, за что она оказалась в спецшколе, та замыкалась в себе. Вот и на этот раз она обронила «Спасибо!» и замолчала.
Отцу надоела тишина, и он поинтересовался:
– Оскар, как в школе?
– Нормально! – И прежде чем поступит новый вопрос, добавил: – Был сегодня у репетитора, всё отлично.
Отец разложил по тарелкам макароны с фаршем и уселся во главе стола.
Ди ела молча, Скот, закрыв глаза, лежал под её ногой, отец смотрел телевизор, Оскар поглядывал на сестру. Он ненавидел такие тихие ужины, ему не хватало весёлой и насмешливой болтовни Ди и даже сдержанных и снисходительных замечаний отца. Всё лучше, чем их бессмысленное противостояние. Они были одинаково упрямы и, бывало, могли не разговаривать по несколько дней.
– Кажется, я скоро стану папой, – произнёс Оскар.
Отец и сестра потрясённо уставились на него.
– Что ты сказал? – перестав жевать, переспросил отец.
Оскар нарочно набрал в рот макарон и принялся неспешно жевать.
Ди нетерпеливо воскликнула:
– Оскар!
– Ты кого-то обрюхатил? – бросил вилку отец.
– Кто она? – моргнула Ди.
Оскар выдержал паузу и сознался:
– Шутка. Просто нам и поговорить было не о чем…
– Ду-урень, – с облегчением вздохнула Ди, шлёпнув его по плечу.
Отец всё ещё недоверчиво буравил Оскара взглядом.
– Ты дошутишься у меня! Если я узнаю, что…
– Да у меня и девушки нет, – успокоил парень.
Отец фыркнул.
– Зато у твоей сестры кавалеров… того и жди обрадует!
Ди зло улыбнулась.
– Да ты не беспокойся! Эмбрион ещё в утробе, впервые услышав твой голос, сразу повесится на пуповине!
Оскар закрыл глаза.
Всё было бесполезно. Эти двое не переваривали друг друга. Если бы их видела мама, она бы наверняка глазам своим не поверила, во что превратилась их семья. Впрочем, от семьи у них осталось одно название.
И снова повисла напряжённая тишина, которую Оскар нарушил, обратившись к сестре:
– Ты едешь на фестиваль?
– Непременно! Если папочка спустит меня с поводка, – усмехнулась Диана.
Оскар понял, что этот вечер не исправить, даже если он вывернется наизнанку. Поэтому, закончив с макаронами, залпом выпил стакан сока и, свистнув Скоту, ушёл в свою комнату.
А там рухнул на постель, натянул наушники и врубил музыку.
И не услышал, как в комнату через десять минут вошла сестра. Он сперва почувствовал запах моющего средства для посуды, а потом увидел Ди, склонившуюся над ним.
Оскар стянул наушники и подвинулся, чтобы сестра могла лечь рядом. Но та присела и спросила:
– Как репетиторша?
– Отлично. Толя подобрал к ней нужный ключ! Работаем! Ну а ты… на заводе было прикольно?
Она не ответила, лишь скривила губы.
– А на фестиваль свою училку позвал?
– А как же! Она едет!
– Интересно посмотреть на неё. Я не помню эту Маршал в средней школе!
– Она не слишком приметная! – Оскар задумчиво улыбнулся, но больше говорить о Клариссе не захотел, поинтересовался: – Как там твой здоровяк поживает?
– Какой из?
– Ну да… А что, батя не придумывает, у тебя много там поклонников?
Ди повела плечом и, потрепав его по волосам, поднялась.
– Я спать. Завтра у нас уборка территории.
– Бедняга!
Она ушла, а Оскар неожиданно понял: он не знал, что вообще происходит в этой самой спецшколе. Ди никогда не рассказывала. Отделывалась какими-то общими словами. Бывало, Оскар видел сестру на улице с её новыми друзьями, но никогда не подходил, потому что не хотел с ними знакомиться. Это Диана не брезговала общаться с любыми людьми, невзирая на их прошлое и настоящее. Оскару хватало проверенного круга друзей и знакомых. И расширял он этот круг неохотно.
