Кларисса стояла у дерева, привалившись к нему плечом, и смотрела на луну. На девушке были обтягивающие брюки и кардиган крупной вязки, а на ногах ботиночки на небольшом каблуке. Волосы, уже без белой пасты, заплетены в две косы.
Оскар учуял запах мяты, сердце у него пропустило один удар, и ему сделалось так неловко, словно он опозорился перед всей школой.
Кларисса едва заметно качнула головой, заметила его, но предпочла не оборачиваться. Зачем Оскар за ней пошёл? Ему совершенно нечего было ей сказать.
– Чего сбежала? – спросил Оскар первое, что пришло на ум.
Девушка молчала, а его эта неприятная тишина сразу начала тяготить. Она, эта тишина, точно намекала, что вот тут, прямо сейчас, будут уместны извинения. Но извиняться он не хотел.
– Там весело! – сделал парень ещё одну попытку.
– Раз так весело, почему ты не там?
Кларисса по-прежнему на него не смотрела, но Оскар даже порадовался, что она не сверлит его взглядом благовоспитанной матроны.
– А я увидел, ты смылась, и, чтобы с тобой ничего плохого не случилось, решил присмотреть за тобой! Знаешь, мы всё-таки на территории военной части, солдаты спят и видят, как бы им зажать такую, как ты, в тёмном углу! – с блеском выкрутился Оскар.
Но на Клариссу его слова не произвели должного впечатления.
– Тебе прежде всего стоит следить за собой! Тогда ничего дурного со мной не случится!
– Ты из-за пасты, что ли, обиделась? – фыркнул он. – Подумаешь, принцесса! Это весело! Тебя что, вырастили в башне?
– Кажется, в прошлый раз ты говорил, что меня вывели искусственным путём в Японии. Или ты ещё не определился? – её голос звенел в ночи от праведного гнева.
Кларисса обернулась, и он увидел, что в её глазах блестят слёзы. Оскар растерянно отступил, с трудом вымолвив:
– Я же шутил…
– Ты… гадкий, – сказала она всё, что смогла придумать, и зашагала назад к казармам.
Оскар не посмел идти за ней. И в девичью спальню не вернулся. Постоял минут пять под деревом, жадно вдыхая влажный ночной воздух, и пошёл в казарму, отведённую для мальчишек. Разделся и с тяжёлым чувством вины на душе завалился на кровать. Но тут же с воплем вскочил. Зажёг ночник и откинул одеяло.
Его койка кишела дождевыми червями и была усыпана комочками мокрой земли.
Оскар потрясённо взирал на ползающих по белой простыне длинных червей, не в силах поверить, что манерная училка накопала их под деревом и в отместку вывалила ему на кровать, при этом ещё и упрекнув так, словно сама была святой простотой.
Оскар быстро схватил простыню, свернул вместе с червями в узел и вынес на улицу, где вытряхнул на газон.
– Ну Кларисса, крыса, ты нарвалась! – пробормотал он, уже воображая яркие сцены расправы.
Диана толкнула чердачную дверцу и вышла на крышу. Она перевела дыхание, сбившееся после подъёма по четырём пролётам лестницы и карабканья по железным ступенькам, ведущим на саму крышу четырёхэтажного здания, где располагались казармы.
Подушечные бои срочно пришлось свернуть, когда в девчоночью комнату пришла Елена Тарасовна (или Пухляш, как её все звали), приставленная присматривать за девочками. Пока она отчитывала Стаса, Толю и других мальчишек, Диана, стоявшая у открытого окна, быстро вывела по карнизу Марселя. Второй этаж – не так высоко, но явно не для прыжков на асфальтовую аллею. Они прошли по карнизу и влезли в коридорное окошко, а затем побежали на крышу.
– Не дрейфь, – сказала Диана, не оборачиваясь.
– Откуда ты знаешь про эту дверь? – негромко спросил Марсель, выбираясь на крышу.
– Один солдатик шепнул.
– Ну да, я и забыл, что рядом с тобой парни выбалтывают свои секреты за пять минут! – усмехнулся парень.
Диана задрала голову, с прищуром рассматривая звёзды.
– Парни хвастливы. А хвастовство не умеет хранить секреты. – Она присела на край крыши, свесила ноги и спросила: – Ну, а у тебя есть секрет, французский мальчик?
– Конечно, – Марсель сел рядом, стараясь не смотреть вниз, – у меня, как и у всех, есть секреты.
– Я очень внимательно слушаю, – с нарочитой серьёзностью сказала Диана.
Парень улыбнулся.
– Почему ты решила, что тянешь на сейф под мои секреты?
Девушка повела плечом.
– Если не сейчас, потом.
– И не надейся! Я не из тех, кто любит болтать о себе.
Она усмехнулась.
– Большинство секретов начинается с этой фразы.
– Извини, мне придётся нарушить твою статистику.
– Это вряд ли. Те, кто изо всех сил стремится отличаться от других, чаще остальных оправдывают существование статистики.
На красивом лице парня в полумраке блеснули глаза и белозубая улыбка.
– Ты о себе? – И, не дав ей ответить, спросил: – Что такая умная девушка делает в спецшколе?
– Проще назвать, чего я там не делаю. А вообще, у тебя чертовски прямой нос…
– В смысле?
– Похоже, тебе его никто не ломал, – насмешливо пояснила Диана. – Для парня, который говорит то, что думает, довольно необычно.
Он отрывисто рассмеялся.
– Ха-ха, это такой тонкий юмор? Или ты мне угрожаешь?
– Ну что ты, какие угрозы, мы же просто болтаем.
– Почему?
– Что именно?
– Почему мы болтаем? – Марсель повернул голову, в упор глядя на Диану. – Я сказал, что ты не в моём вкусе, подрался с твоим чокнутым братом, но…
