– Что он сделал? – выдохнула девушка.
Марсель приподнял руку, а Кларисса воскликнула:
– За что?
– Сказал, чтобы я оставил тебя в покое.
Она недоверчиво покачала головой:
– Он не мог!
Марсель пожал плечами и, обронив: «Мой автобус», – подошёл к краю тротуара.
– И что теперь будет с ним? – крикнула девушка, перекрикивая дождь и шум проезжающих машин.
– Меня это не волнует, – сказал Марсель и запрыгнул в нужный ему автобус.
Девушка постояла, провожая его взглядом, затем позвонила Диане.
Та ответила быстро. Но вместо приветствия прокричала:
– Клара, что там случилось у Оскара в школе?
– Я не знаю… Меня только что допрашивал следователь. Марсель сказал, Оскар порезал его ножом и угрожал!
Повисла пауза, Кларисса не выдержала:
– Почему ты молчишь?
– Перевариваю. Я перезвоню, Клара!
Она отключилась. Кларисса стояла на остановке, глядя, как подъезжают автобусы и троллейбусы, окатывая из лужи тротуар, и уезжают. Прошло полчаса, Диана так и не перезвонила. Зато, когда девушка уже отошла от остановки, мобильник вдруг ожил – звонил Оскар.
И первыми его словами были:
– Клара, Марсель меня подставил.
– Как это?
– Позвал на перемене в туалет, сказал, что не в обиде из-за вчерашнего, а сам подкинул в рюкзак нож, которым сам же сделал себе царапину на руке. А после пошёл в медпункт, вызвал полицию, меня на выходе задержали и в рюкзаке нож нашли!
– Зачем это ему?
– А ты не догадываешься?
– И что теперь будет?
Оскар помолчал.
– Меня, наверное, к Диане в спецшколу отправят… Я… я не знаю. Мне пора, – и он отключился.
Кларисса увидела подъезжающий к остановке автобус и побежала к нему, но попала каблучком в яму на асфальте и обронила зонт. Девушка посмотрела на валяющийся зонт, на автобус, открывший двери, и, не поднимая зонт, вскочила в автобус.
Внутри все кипело от ярости, пока она ехала до нужной остановки. Обида, которую Кларисса старательно пыталась в себе похоронить, горячей волной поднялась из глубин души и рвалась наружу.
Дождь лишь усиливался, поэтому к дому Марселя девушка подошла вымокшая до нитки. Но ей было всё равно. Не обнаружив звонка, она прокричала имя парня.
Тот вышел на крыльцо и изумлённо уставился на неё. А она шагнула к нему и влепила пощёчину.
Марсель потёр щёку и спросил:
– И за что же это?
Она стояла под дождём, глядя на него снизу вверх, и внутри было поразительно пусто. Ни ускоренного трепета сердца, ни мурашек, ни нежности – ничего. Одного не понимала, как такой замечательный человек мог оказаться таким подлецом?
– За твою ложь!
– Какую именно?
– Ах да, прости, я и забыла, что врёшь ты чаще, чем дышишь, и запутаться в своём вранье для тебя обычное дело!
Он сложил руки на груди и усмехнулся:
– Зачем ты пришла, Кларисса?
– Ты должен пойти в полицию и сказать правду!
– Иначе что?
– Иначе Оскара отправят в спецшколу!
– И?
Кларисса открыла и закрыла рот, только сейчас она вдруг поняла – именно этого Марсель добивался. Она же сама ему рассказала, что отец отправит Оскара в спецшколу, если у сына будут проблемы в школе. И Марсель в качестве мести эти самые неприятности организовал.
Она потрясённо смотрела на него и молчала. Ей казалось, больнее, чем вчера, быть просто не может. Но ошиблась. Лицемерие Марселя поразило её куда больнее, чем его предательство. Она доверяла тому, кто способен на столь продуманную подлость, и осознание этого было сродни удару под дых. Всё это время старательно сдерживаемые слёзы потекли из глаз, смешиваясь на щеках с дождём.
– Думаешь, Диана тебя когда-нибудь простит? – глухо спросила Кларисса.
Марсель поморщился.
– А при чём тут вообще Диана?
– Диана любит своего брата.
– И что?
– А ты Диану.
Молодой человек моргнул и попытался состроить удивлённое лицо, но Кларисса лишь усмехнулась.
– Я видела вас на конюшне.
Под её пристальным взглядом он опустил глаза. После недолгой паузы спросил:
– Ты поэтому с Оскаром… – он не договорил, она кивнула.
– Я попросила его поцеловать меня, хотела, чтобы ты узнал и понял, каково это, когда обманывают.
– Кларисса, я… – Марсель помолчал и попросил: – Иди под крышу, ты вся мокрая.
Она взошла по ступенькам и остановилась перед ним, ощущая, как холодные струи воды текут по лицу.
– Я не хотел тебя обманывать. Я восхищался… и восхищаюсь тобой! Ты самая потрясающая девушка, которую я встречал! Но Диана… ах, чёрт, как же это объяснить! Я как будто приворожён, понимаешь? Не могу ничего с собой сделать! И просто ненавижу себя за это!
– А Оскар-то тут при чём! Его ты за что подставил?
– Да при том! Он другом мне обещал быть, а сам… Ладно, ты обиделась на меня из-за Дианы, а он? Сколько он тебе всего сделал! Ему самое место в спецшколе!
– Да что ты знаешь об этой спецшколе! – в отчаянье вскричала Кларисса.
– А ты что-то знаешь?
И она выпалила:
– Знаю!
Диана ехала с отцом в отделение полиции. Дворники работали в сумасшедшем режиме, стирая струи воды со стекла.
– Ну и детки же мне достались, – процедил он, постукивая указательным пальцем по рулю.
– Каких вырастил, – буркнула Диана.
– Если бы ваша мать видела…
– Ну и прекрасно, что не видит!
