— Десять часов? Без встроенных систем массажа? Могу себе представить! Где же это вас так припекло?
— Мы единственные из числа пассажиров, кто спасся с контейнеровоза, на который напали пираты. Повезло, что у одного из нас нашелся в контейнере этот ховер. А то бы летали сейчас в космосе в виде ледышек, как те, кому не повезло.
— Так это не ваш ховер? — поинтересовался замерший за спиной сидевшего на карачках врача командир станции.
— Нет. Откуда у меня ховер? Я бедный отставник, — фыркнул в ответ на выдвинутое предположение Олег. — Решил вот на гражданке заняться перепродажей вторсырья, но первый же груз достался пиратам, которых я до этого полтора десятилетия гонял по всему космосу. Похоже, у вселенной очень своеобразное чувство юмора.
— Значит, вы раньше служили в ПКС?
— Да, — всё так же продолжая лежать на палубе, слегка кивнул он головой. — Майор Олег Александрович Романов. Вторая неделя, как в отставке. Приятно познакомиться.
— И кем вы были на службе? — пока медик занимался обследованием организма спасшегося, продолжил свой лёгкий допрос подполковник. Нужно ведь ему было составить предварительное представление о тех людях, кого пришлось запустить на закрытый объект. И с кем впоследствии уж точно предстояло повозиться, коли они действительно являлись теми, за кого себя выдавали — чудом выжившими пассажирами с захваченного корсарами судна.
— Командиром истребительного полка. Служил на CVE-267 «Монтерее».
— Майор? И командир полка? — совершенно верно сделал, что очень сильно удивился старший офицер на станции. Уж он-то точно был обязан знать, что на таких должностях находились лишь подполковники с полковниками. Отчего в словах «допрашиваемого» вылезала нестыковка.
— Разжаловали из-за провала крайней операции, — показательно поморщился Олег. — Искали на кого свалить вину. Вот я и подвернулся под руку высокому начальству. Теперь вот… Майор и гражданский.
— Понятно, — сопоставив озвученные факты, а также присовокупив к ним фамилию собеседника, подполковник мгновенно понял, с кем именно имеет дело. Полковника Олега Романова в ПКС знали хорошо. Недаром тот являлся лучшим асом полиции, имея за спиной свыше полусотни подтвержденных личных побед. — А что скажет наша медицина? — выигрывая себе время на обдумывание стратегии дальнейшего общения с не самым простым человеком, обратился командир станции к закончившему предварительную проверку пациента врачу.
— Ничего особо страшного. Множественные ушибы, затекшие мышцы, небольшое кислородное голодание, слегка отбиты внутренние органы, несколько мелких трещин в ребрах, — поставил тот диагноз, прежде чем перейти к следующему страдальцу, что лежал на палубе тут же. — Но все это мы исправим легко и непринужденно. Так что его жизни ничего не угрожает.
— Ваши бы слова, да богу в уши, — усмехнулся на такое Олег, прекрасно понимая, что вскоре угрожать ему начнёт много чего и много кто. — А горячая ванна или хотя бы душ случайно не входят в лечебные процедуры?
— Не входят, — ответил за медика подполковник. — Но здесь вам в этом не откажут. Вот пообщаетесь с нашим офицером СБ и милости прошу.
— Это хорошо. Всегда любил пообщаться с офицером СБ после сложного вылета, а потом принять ванну, — натянуто улыбнулся Олег, прекрасно понимая, что выворачивать их будут наизнанку знатно. — Навевает воспоминания, знаете ли. Но если вы не возражаете, я еще немного полежу здесь, покуда ноги не начнут опят сгибаться без чужой помощи, а также без скрипа и скрежета.
— Конечно, конечно! О чем речь! — тут же вновь влез врач. — Только сперва мы положим вас на носилки. Нечего вам на холодной палубе валяться.
— Вот так я и лишился почти всего имущества, — развел руками Олег, закончив горестный рассказ о своих недавних злоключениях проверенному годами совместной службы бывшему няньке-механику. Тот прибыл неделю спустя, после того как Романов связался с ним и предложил немного подзаработать на образовавшихся обломках.
Речь тут велась, конечно, не о самом контейнеровозе. На его корпусе сейчас вообще работала служба безопасности какой-то очень солидной конторы, что среди прочих пострадавших недосчиталась большей части своего груза. И если кого ещё к нему допускали — так только представителей ПКС для проведения следственных мероприятий.
А вот дрейфующие где-то в пространстве помятые корпуса протараненных Блэком эхолётов могли хоть как-то помочь отставному майору смириться с потерей своего «Стража». Пусть изначально они были сильно дешевле боевой машины. Их всё же набралось 7 штук!
