Когда снова открываю глаза, я на корабле. Дышу воздухом, в голове вяло шевелятся мысли. Все это мне приснилось? Только вот моя одежда промокла, ребра болят. Солнце припекает в спину, а я стою на коленях на палубе, крепко сжимая в объятиях человека, чьи влажные волосы светятся приглушенным золотистым светом.
Алтан отпускает меня и проводит пальцем по шраму на моей щеке. Его прикосновение нежное, осторожное. А на лице отражается удивление. Как будто он не может поверить, что я существую.
– Я думал, что потерял тебя, – восклицает он.
От его слов у меня перехватывает дыхание и что-то трепещет в груди, будто колибри, бьющая крыльями в поисках драгоценного нектара. По мере того, как удары крыльев становятся все быстрее и сильнее, мое сердце воспаряет ввысь. Алтан притягивает меня ближе, приближает лицо к моему, и я вижу, как распускаются хрупкие лепестки надежды.
Никаких стен. Никаких секретов.
Мы склоняемся друг к другу, оказываемся на расстоянии вдоха.
Что-то холодное соскальзывает с моих колен и падает на пол, и я слышу лязганье металла о дерево. Алтан этого не замечает, а я смотрю вниз.
Трепет в моей груди затихает. Сердце камнем устремляется вниз.
Нет, это не сон. Это просто кошмар.
Между нами лежит меч.
Черный, как ночь, темный, как ад.
В какой-то момент что-то пошло не так.
Я всегда верил, что мое сердце – надежный орган, а воля тверда и непоколебима. Потом в мою жизнь вошла девушка из пустыни. Девушка, чья улыбка доказала, что мое сердце слабее, чем я предполагал. Девушка, чей странный взгляд топит меня в звездном свете, хоть одновременно и протягивает руку помощи.
Девушка, которую я хотел использовать, превратить в оружие, но которая стала кем-то другим.
Моя вера в нее была слепой.
В конце концов, она – и мое спасение, и мое проклятие.
Это зерно сомнения в моем сознании прорастает, созревает плодом тьмы и смятения. Я ошибся. Или, возможно, я был прав с самого начала.
Она призвала темный меч, который лежит сейчас между нами, словно ужасный шрам.
– Не понимаю, не понимаю… как так? – снова и снова повторяет Ан. А потом отталкивает меня и тянется за мечом.
– Отойди от него.
Она отшатывается, обиженная и растерянная. В моем голосе звучит холодок, которого раньше не было. В ее глазах плещется страх, но еще я вижу в них желание.
Она хочет меч, но я не могу позволить ей получить его и беру его сам, внимательно наблюдая за Ан.
Ее взгляд становится жестким. Голодным и злым. Ее челюсть сжимается.
На лице Ан мелькает отвращение.
И я ничего не могу с этим поделать.
Я с криком просыпаюсь.
Холодный пот стекает по вискам. Провожу рукой по лбу и вылезаю из постели, кутаясь в плащ, чтобы не замерзнуть. Верхняя койка пуста. Видимо, мои вопли разбудили Тан Вэй и вынудили ее уйти из каюты.
Прошло почти две недели, и несколько потрепанный корабль следует обратным курсом в порт Цуйхай. Паруса можно починить, кости и плоть экипажа заживут. А вот невидимые порезы и шрамы останутся. Даже капитан Ян и Алтан, кажется, потрясены. Только Тан Вэй вышла из всей этой истории совершенно невредимой, потому что провалялась без чувств в трюме с тех пор, как корабль дал крен. Она немного позлорадствовала, но, сдается мне, на самом деле втайне разочарована, что пропустила все веселье.
Кошмары отвлекали меня от судьбы амы. Теперь же, в тишине ночи, я чувствую, как затягивается узел у меня в желудке. Сколько времени пройдет, прежде чем мы высадимся на берег? Как скоро я смогу добраться до нее? Она вообще жива? Должна быть. Отец сохранит ей жизнь, чтобы иметь рычаг давления на меня.
Я вздрагиваю. Неужели меня ввели в заблуждение? Знал ли отец, что все это время под водой находился темный меч? Следовало ли мне прислушаться к Лейе и его предостережениям?
Мне не по силам повернуть время вспять, и я не могу исправить то, что произошло. Меч, который я призвала, вовсе не тот. Это не белый переливающийся нефрит. Не знаю, то ли легенды и предания ошибаются, то ли, быть может, я недостойна, не способна даровать надежду.
Даже сейчас темный меч взывает ко мне. Я слышу его мягкое
Помню выражение лица Алтана, когда он увидел у моих ног Обсидиановый меч. Как холодно он говорил со мной. Но я тоже что-то почувствовала.
Внутреннее желание.
Тот голос был диким, исходящим из темной бездны моего сердца. Теперь меч заперт в каюте капитана Яна, а ключ висит на толстой цепочке у него на шее. Не стоило беспокоиться. Эти предосторожности не остановили бы меня, если бы я действительно захотела завладеть мечом.
Я и правда хочу.
