– Я не имел в виду дуэль! Тебя могли убить!
– Да, но не убили. Я все еще здесь. И по-прежнему Шелест.
– Но если бы тебя убили… А тебя чуть не убили… И ты даже не поговорила со мной накануне. Это… – Его лицо исказилось от потрясения и гнева. – Люди, которые дороги друг другу, так себя не ведут. Как ты могла даже не сказать мне об этом?
– А что бы ты ответил? Поддержал бы мое решение? Или попросил бы не рисковать жизнью? Избежать дуэли и просто на нее не явиться?
Она тут же пожалела о своих словах. Глаза Маро округлились, а потом он поморщился.
– Да, – сказал он, – именно это я бы и посоветовал. Я бы сказал, что ты выше этого, тебе не нужно насилие, чтобы показать себя. Что бы ни говорили люди, я бы напомнил о твоих же словах – смелость в том, чтобы быть собой.
– Это и есть я, – тихо сказала Шаэ.
Маро протянул руку, но так и не дотронулся до нее.
– Со мной ты не такая. – Шаэ отвела взгляд, и Маро печально кивнул. – Но я на самом деле тебя не знаю, да? Все время, пока мы были вместе, я видел то, что хотел видеть, что ты хотела мне показать. Но у тебя есть и другая сторона, зеленая, и этого человека я совсем не знаю.
Шаэ почувствовала, как вспыхнули щеки, будто Маро ее ударил.
– Я никогда не хотела тебе врать или о чем-то умалчивать. Я пыталась тебя предупредить, что кое с чем в клане и во мне ты не согласишься.
– Соглашусь я или нет, ты не должна была держать меня в неведении! – Маро повысил голос, но потом сделал над собой усилие, чтобы говорить спокойнее. – Ты права, может, я никогда не смирился бы кое с чем в твоей жизни и жизни твоей семьи. Я думал об этом, конечно же, думал. Гадал, придется ли мне присоединиться к клану, чтобы жениться на тебе, как мы будем воспитывать детей, когда ты на посту Шелеста, сможет ли когда-нибудь моя шотарская родня встретиться с твоей… Я знал, что нам о многом нужно поговорить, но всегда предполагал, что всему свое время. Думал, что мы доверяем друг другу и пройдем через все трудности вместе. – Он посмотрел на Шаэ с болью в глазах. – Мне нужны только такие отношения с тобой – абсолютно честные. Знаю, ты не можешь рассказать мне обо всем, чем занимаешься как Шелест. Я способен это пережить, но если что-то затрагивает твою безопасность, нашу жизнь… Неужели я не заслуживаю хотя бы этого? Ты можешь пообещать, что не будешь скрывать от меня важного?
У Шаэ пересохло в горле. Она уж точно не могла рассказать Маро об аборте, только не сейчас, когда он и без того задет. А о каких еще будущих поступках она не сможет рассказать?
– В последние несколько лет я занималась тем, на что не считала себя способной, – хрипло призналась она. – Не уверена, что могу дать такое обещание.
Бесконечную минуту Маро не отвечал. Шаэ показалось, что он отодвигается от нее, съеживается в конце туннеля. Маро отдернул руку и отвернулся, уставился на зеленую лужайку, его скулы под бородой напряглись.
– Тогда не знаю, кем мы в таком случае будем друг другу.
– Хотя бы друзьями, – выдавила Шаэ. – Это я по-прежнему могу тебе предложить.
Маро закрыл лежащую на столе книгу, заложив страницу пальцем, и встал. Его губы сложились в слабую улыбку, но совершенно не радостную.
– Конечно. Кто же на Кеконе поступит настолько недальновидно, отказавшись от дружбы Равнинного клана?
На второй год жизни в Порт-Масси Анден устроился на неполный день в хозяйственный магазин – заполнял полки, стоял за кассой, помогал клиентам с выбором. Он по-прежнему занимался на курсах, но хотел подзаработать. Так он мог внести небольшую долю в ежемесячные расходы Хианов, скопить немного денег на будущее и кое-что потратить уже сейчас. Всю жизнь он финансово зависел от Коулов, теперь же надежда на карьеру в клане была совсем призрачной, и Анден считал, что нужно проторить собственный путь в жизни.
А кроме того, ему хотелось заняться чем-то помимо учебы. Работа в «Инструментах Старра» улучшит его эспенский, так что можно считать ее частью обучения. Теперь Анден умел ориентироваться в общественном транспорте, читать вывески и разговаривать с незнакомцами. Приятно чувствовать себя независимым. Анден никогда не мог понять, почему несколько лет назад Шаэ уехала за границу и покинула клан, сейчас он начал прозревать.
Всю зиму и промозглую весну он продолжал встречаться с Кори Дауком и приятелями по рельболу в зале для поединков. Когда Анден впервые рассказал Хианам о том, куда ходит по пятницам, он с удивлением обнаружил, что они этого не одобряют. Он-то думал, они обрадуются, что он проводит больше времени с друзьями по кварталу. Вместо этого господин Хиан заявил тоном, в котором явно звучало неодобрение:
– Анден-се, это место плохо влияет на молодежь. Слишком много насилия. Из-за этого у людей складывается о нас плохое впечатление.
