Но тут в руку Моловни врезалась нога в тяжелом ботинке, оружие выпало и отлетело под кровать.
Беро знал, что Моловни – неколва, и слышал об эспенских спецагентах с нефритом, но, помимо Зеленых костей, никогда не видел людей, которые бы действовали с такой скоростью и силой. В отчаянной финальной попытке сбежать через разбитое окно второго этажа Моловни с Легкостью перемахнул через всю комнату. И ему почти удалось ускользнуть, если бы его не схватили в прыжке и не свалили на пол трое солдат объединенными Силами.
Моловни прижали к земле, как беснующегося быка. Когда ему выкрутили руки за спину и стянули запястья пластмассовыми наручниками, он выкрикивал грязные ругательства на югутанском, а на уголках его губ пузырилась слюна. Лодыжки ему тоже связали, а потом на голову накинули черный полотняный мешок. Спецназовец в маске вытащил из кармана разгрузки шприц и вонзил его Моловни в бедро. Через несколько секунд сопротивление югутанца ослабло, движения стали беспорядочными, а потом он и вовсе затих. Два крепких спецназовца подхватили отключившегося югутанца и поволокли из квартиры, словно тяжелый ковер.
Беро все так же сидел в углу. Спецназовцы в черном не обратили на него никакого внимания и начали переворачивать квартиру Моловни вверх дном. Открыли ящики стола и вывалили их содержимое в желтые мешки для улик. Простучали стены и пол в поисках тайников, заглянули под мебель и даже в мусорную корзину. Особое внимание они уделили столу. Беро заметил, как они поместили пачку бумаг, автоответчик и стопку неоткрытой почты в специальный ящик. Потом осмотрели баночки с лекарствами в ванной, кое-что сфотографировали, а остальное забрали. Разговаривали спецназовцы на эспенском.
В комнату вошли Гало и Берглунд, в темных деловых костюмах, но с оружием. Берглунд с удовлетворением оглядел разгромленную квартиру и заговорил с одним из спецназовцев. Солдату, который получил пулю в грудь и погиб бы, если бы не пуленепробиваемый жилет, два товарища помогли подняться и увели его. Беро не осознавал, что радио на столе по-прежнему работает, пока один из эспенцев его не выключил, выдернув из розетки, и не унес вместе с остальными пожитками Вастика эйя Моловни.
Гало подошел в угол к Беро и с нескрываемым разочарованием покачал головой:
– Ты должен был рассказать нам все, Каракатица. Тебе не стоило сюда приходить.
Он протянул Беро руку.
Беро уставился на руку, но не принял ее.
– Вы… проследили за мной досюда? – выкрикнул он.
– Думаешь, мы отпустили бы тебя, не приставив слежку? – сказал Гало. – И хорошо, что мы это сделали. Каким бы ты ни был ненадежным, благодаря тебе мы захватили неколву и улики, которые подтверждают его причастность к разжиганию революционных настроений по поручению югутанского правительства. – Гало осмотрел разгром в почти пустой комнате с довольным выражением леопарда, лижущего дочиста обглоданные кости. – Возможно, теперь нам наконец-то удастся раскрыть все тайны югутанской военной программы.
Беро встал:
– А как насчет Эмы? Вы же собирались за ней следить. Где она?
Гало покачал головой:
– Как ни печально, она была в здании КНА во время обрушения.
– Будь вы прокляты, спенни, вы даже не пытались предотвратить этот «решающий удар»! Вам нужен был только Моловни. Вы знали, что Эма погибнет! – заорал Беро, сжав кулаки.
Гало сурово взглянул на него:
– Вообще-то, сейчас эспенский флот обходит остров Гоша. Если нам повезет, мы обнаружим и захватим югутанское судно, которое дожидается Моловни. Гибель людей во время сегодняшней террористической атаки – это трагедия. Но если бы мы вмешались, пытаясь предотвратить взрыв, то спугнули бы Моловни и его боссов. Ставки слишком высоки. Захваченный шпион и информация, которую мы сегодня получили, могут спасти тысячи, а то и миллионы жизней.
– Эспенских жизней, – выплюнул Беро.
– Мы пытались предупредить о бомбе наших кеконских союзников, но, увы, безуспешно. – Гало в недоумении покосился на Беро. – Ты же вступил в движение «Будущее без кланов», потому что хотел уничтожить кланы. Ты работал на нас ради денег. И в итоге получил и то, и другое, оставшись в живых. Так почему ты расстроен? Потому что девчонка пожертвовала собой, когда ты наконец-то ее трахнул? Или ты просто обнаружил, что не так умен, как считал? Тобой манипулировали, это да. Но чего еще ты ожидал?
Эма дала ему адрес не для того, чтобы Беро сбежал вместе с ней, а чтобы выдать Моловни. «Если я ненавижу кланы, это еще не значит, что я люблю югутанцев» – так она сказала. Она хотела уничтожить кланы, но не желала отдавать лавры победы иностранному агенту и его хозяевам. Наверное, Эма подозревала, что Беро за ними шпионит, или просто вычислила, что он обязательно продаст полученные сведения.
А теперь она мертва, погибла ни за что, в точности как эти тупые говноеды Щекастый, Мадт, Сорадийо и многие другие, а Беро все еще жив. Но в кои-то веки его не распирало от гордости, он не считал, что удача на его стороне. Удача просто играла с ним. И он ничего не чувствовал.
– Мы закончили. – Гало отвернулся и направился к двери. – Пошли, Каракатица.
