Ауры смертных засияли и под влиянием Дилайлы спешно покидали зал, совершенно не замечая ничего вокруг себя.
— Что происходит, Лайла? — Сури медленно подошёл к женщине. — Что ты здесь делаешь?
— Прости меня. — эта картина словно взбесила меня. И она еще смеет извиняться! Меня так и подмывало, что-то сказать, но в душе я понимала её, потому что сама была такой же одержимой. — Прости меня за то, что мы сделали с вами.
— О чём ты? — он стоял спиной, но я точно знала, что он сузил глаза, и его зрачки стали вертикальными. Он злился. — Ответь!
— На этот нет времени. — дева покачала головой и почему-то обратилась ко мне. — Как только камни напитаются божественной энергией, произойдёт активация всех Столпов Вечности. Это место взлетит на воздух, а вас выпьет образовавшийся портал. Он как чёрная дыра будет затягивать в себя любую энергию. Нимират, надеюсь, ты поняла, о чём я! Найди Имхотепа и его слугу Муна, они смогут помочь вернуться вам назад в бессмертный мир.
— Неужели то о чём говорил Лориан, действительно правда? — Макария переглянулась с Феном.
— Чего еще я не знаю, Фен Фен?! — Ун зыркнул на слугу так, что тот был больше рад погибнуть здесь, чем разговаривать со своим господином.
— Ты ведь изгнанное дитя Геракла? — Дилайла неожиданно переключила своё внимание на Макарию. — Именно ты мне и нужна!
— Чем я смогу вам помочь, когда вы говорите, что даже верховный бог одного из пантеонов беспомощен в этой ситуации? — слова Макарии были жесткими, но правдивыми.
— Мне нужно то, что ты носишь повсюду с собой. Артефакт повиновения слуги Хаоса. — Дилайла указала именно на тот карман куртки девушки, в котором он лежал.
— Как мы можем вам доверять? — еще одно верное замечание, с которым я была абсолютно согласна.
— Ей можно верить. — Сури посмотрел на Дилайлу, и она благодарно улыбнулась ему в ответ.
— И поэтому, она так вымаливает у вас прощение, Сиятельный? — чисто из чувства справедливости я не удержалась от язвительного замечания. Признаться, меня действительно задело то, что я увидела.
— Вы и в моих словах сомневаетесь, северянка? — сухость и претенциозность его тона, взбесили меня еще больше.
— Нет, что вы! Небеса упасите! Но прямо сейчас у меня стойкое ощущение, что я где-то вас уже встречала, Дилайла. — я вспомнила этот голос и эту манеру недоговаривать до конца. — Часом, не вы ли тот самый оракул, которого нам небеса даровали?! Вы искусно умеете пудрить мозги, исходя из моего плачевного опыта общения с вами!
— Мира, всё, что я сделала не изменило бы ничего. — конечно, ей легко так говорить. Это же не её водили вокруг пальца, вселяя надежду. Хотелось ей ответить, но поняла, что это действительно уже не поменяет ничего. — Я лишь прошу довериться мне. Если бы я хотела навредить вам, я бы не пришла сюда.
— Что вы собираетесь делать с артефактом? — Макария вытащила небольшой медальон, выполненный из дерева, и зажала его в руке.
— Разыскать его истинного владельца. — сухо отрезала Дилайла.
— Разве не тот смертный лорд его владелец? — Ун Дзы припомнил лорда Бранвелла и последнюю встречу с ним.
— Нет, у артефакта другой владелец. Присмотритесь к этой вещице. Разве обычный смертный, хоть и помеченный силой Хаоса сможет контролировать артефакт бессмертных? — начала наводить доводы Дилайла.
— Если он сам не бессмертный конечно, то нет. — Макария ошарашенно раскрыла руку и застыла.
— Погодите. — Ун не зря вспомнил их последнюю стычку, — Сиятельный, вы же тоже это видели. У него была аура бессмертного, когда он вышел из поместья. Он накрыл себя щитом с помощью магии бессмертного, когда пришел Намцу и крылатые.
Я тоже вспомнила тот момент, и поскольку телом управлял Сури, я могла видеть с помощью магии, хоть и была смертной. В тот момент Бранвелл действительно применил не демоническую магию, а магию бессмертного.
— Мира, ты ведь помнишь свою подругу Нисамею и то, как гнусно поступили с её дитем? — от этих воспоминаний меня прошиб холодный пот, а кровь отхлынула от лица. — Бранвелл воспользовался им, что бы пройти сквозь врата, но смертный не может долго находиться в бессмертном мире, иначе магия убьет его, ведь так?
Наступившая тишина, и то, что деву никто не смел теперь даже перебить, говорило о том, насколько все небожители заблуждались всё это время.
— Тогда как он смог проделать такой путь? Как он смог окрутить столько бессмертных и умыкнуть артефакт Сета? Как ему удалось принять даже обличие твоего брата Намсури?
— Что? — Сури опешил. Я видела, как он напрягся, и в его глазах блеснуло изумрудное сияние. — Что значит, принял обличие Сы Мина?
— То и значит, Сури. Когда ты восходил на престол, твоего брата уже не было в живых. Вместо него перед тобой был Бранвелл, который провёл кровавый ритуал и забрал ауру Сы Мина. Мог ли смертный, повторюсь, даже при наличии демонической силы, проделать подобное?
— Ни фига, себе! — Фен Фен выдохнул, а потом прикрыл рот, что бы не вырвались слова по крепче.
— Но почему он просто не воспользовался обычной личиной? — замечание Уна было логичным, но и тут дева нашла более веский довод.
