— Да вот в Хогвартс едем, точнее в Хогвартс едет он, а я вот в Хогсмид. Нет ничего лучшего, чем первого сентября заглянуть на кружку сливочного пива к милейшей Розмерте, белая липа и волос единорога, шесть с половиной вершков без одного нокотка. Замечательная палочка, очень верная. А у вас мистер Лонгботтом…, хм не припомню вас в этом году, не позволите ли старику?
— Ддаа, мастер, конечно, — стушёвано промямлил вытащивший свой инструмент из кармана мантии Невилл. Его палочка выглядела не в пример лучше той, что была у заходившего к ним ранее Рона. Чистая, практически без царапин, за ней явно ухаживали.
— Так-так, — произнёс тем временем поднёсший её к своим глазам мастер. — Черешневое древко и жила дракона, восемь вершков ровно. Это ведь не ваша палочка, я прекрасно помню, как продал её вашему отцу Френку. Ох, Августа, Августа, что же ты делаешь то… — услышавший старого мастера Невилл хлюпнул носом. И прервавший свои размышления старик улыбнулся. — Это что ещё за слёзы, полноте, юный маг, нашёл повод, а ну-ка взмахни, — и с тем передал палочку обратно владельцу. Принявший свой, а точнее как выяснилось инструмент отца из рук мастера, мальчик ещё раз хлюпнул носом. Взял палочку и сделал как можно более уверенный взмах. Итогом которого стала одна единственная сиротливая пара искр.
— Не подходит, не полностью, отзывается, но не подходит. Хотя…, да, точно. Заменим черешневое на вишню. Я напишу об этом Августе, и о чём она только думает то?
— Бабушка говорит, что я на отца… — промямлил немного успокоившийся Невилл.
— Что ж, ясно, понятно. Преемственность это конечно же хорошо, да вот беда, сын никогда отца не повторяет, а потому уверен, вам нужна палочка из вишни, а вот сердцевина та же. И если вы позволите мне, то к началу практических занятий именно такая у вас и будет. Сердце отца и тело матери, что думаете? Ведь палочка вашей матушки как раз вишнёвой была. Семь вершков, волос единорога. Очень пружинистая, и именно этого то вам и не хватает.
— А разве можно…? — неверяще пробормотал часто моргающий Невилл.
— Раз я говорю, значит можно, не будь я Олливандер, — улыбнулся старик.
Спустя минуту черешневая палочка вновь перекочевала к своему создателю, а радостный Невилл покинул их, так и забыв про то, зачем именно он приходил.
— Вы и правда сделаете для него новую палочку? — неуверенно спросил поражённый произошедшим только что на его глазах преображением из неуверенного в себе мальчишки во что-то совершенно иное Невилла, Гарри.
— Разумеется, я ведь сказал, а раз сказал, значит к шестому сентября будет. Раньше наврядли, но до шестого вполне.
Прошло не более пары минут и дверь распахнулась вновь. На этот раз на пороге купе показалась несколько более чем следовало бы лохматая девочка. И буквально тут же, не здороваясь выдала:
— Никто не видел жабу? Невилл её потерял, а я помогаю ему её отыскать. Так вы её видели или нет, — спросила она прямо-таки начальственным тоном. Но увидев взрослого запнулась, правда ненадолго. — Ой, мистер Олливандер, а что вы тут делаете, а вы тоже в Хогвартс?
— Похоже, что с воспитанием у нынешнего поколения совсем плохо. Сердечная жила дракона и древко черного винограда. Пять с половиной вершков и один нокоть. И нет, мы не видели жабу мистера Лонгботтома. И примите мой вам совет, Невилл. — Обратился к прячущемуся за застывшей в дверях девочкой мальчику Олливандер. — Постарайтесь впредь не попадать в настолько компрометирующие вас ситуации. Мальчик вы воспитанный, а что до вашей жабы, то как и любое земноводное, она спряталась там, где есть вода. И поэтому я бы рекомендовал вместо обхода купе посетить все наличествующие в поезде туалеты. И перед тем, как врываться в оные, советую качественно, но не барабаня в дверь, постучать. Не то может быть и в самом деле совсем не красиво. Честь имею, мистер Лонгботтом, мисс Грейнджер, — холодно вежливым, и совершенно не допускающим возражения тоном произнёс явно недовольный поведением молодёжи мастер. После чего взмахнул своей палочкой и захлопнул прямо перед носом девочки открытую ею чуть ранее дверь.
На следующие несколько минут в купе воцарилось несколько неловкое молчание. Но вот понурившийся скорее по привычки, нежели по необходимости прихлопнувший себя по лбу Гарри всё же встрепенулся:
— Вас так не вовремя прервали и…