Сперва он просто нахмурился, вероятно, собираясь спросить, откуда я это знаю, и почему так уверен, но так ничего и не сказал, вместо этого сначала опустил руки, а затем и голову. Даже под просторной одеждой было видно, как медленно поднимается и опускается его грудь, а когда Соломон снова поднял лицо, в нём читались усталость и отчаяние. Менее чем за минуту довольно бодрый человек приобрел совершенно загнанный вид. Когда я подошел ближе, он присел, держа перед собой руки, думаю, проникнув в сознание мой "помощник" усиливал любые страхи.
-- Попробуем поговорить ещё раз? -- Несмотря на злобу, пришедшую на место страху, я не забыл зачем сюда пришел и не стал отыгрываться на ослабевшем противнике, а хотелось. Правда, успокаивать его я тоже не собирался.
-- Угу, -- обреченно согласился он. Несколько раз глубоко вздохнул, и, держась руками за дрожащие колени, встал.
-- Так что тебе было нужно?
-- Выйти отсюда, ты и сам знаешь.
-- Так мы что ли тебя держали.
-- Ты был в мире, закрытом для нас и мог бы попасть туда снова. Потом оказалось, что может и Хиарра.
-- Немного странный способ просить о помощи, не находишь?
-- Вам не должны были причинить серьёзного вреда. И ты не должен был меня узнать, с тобой вообще всё пошло не так. А с Хиаррой всё получилось, она думает, что я тогда её спас.
Тут я не сдержался и ударил Соломона кулаком в лицо, не ожидая такого развития событий, он не смог сохранить равновесия и упал навзничь.
-- Ничего же не случилось, и вообще это была не моя идея, -- Соломон осекся, похоже запоздало осознав, что поднял тему, которую не стоило затрагивать. Он быстро огляделся и подогнул ноги под себя.
-- А чья?
-- Нет, не надо... -- дальше речь перешла в нечленораздельное хныканье.
"Он оказался очень чувствителен к моему прикосновению, возможно, из него выйдет толк" -- прозвучал голос в голове.
-- Хрен с ним. Скажи мне, где она? Где Хиарра? -- за волосы я оттянул голову Соломона назад, заставив смотреть на меня.
-- В закрытом мире.
-- Мне это ничего не говорит.
-- Но мы так его называли, там ещё был какой-то древний замок. Его, вроде как, защищает некий немой Хранитель.
"Хватит пока, мне нужно с ним поработать. Он станет моим, как и ты. Тогда вам будет проще договориться".
Осознав смысл сказанного, я вдруг начал жалеть, стоящего на коленях человека. Судя потому, что происходило с ним сейчас, у него не было никаких шансов сохранить себя в каком-нибудь из миров типа Земель Страха. И что бы Голос сделал из него потом, какое-нибудь чудище вроде печально известного Дедушки. На ум пришла только одна идея, я не знал, насколько хорошо эта дрянь осведомлена о моих мыслях, поэтому не мог позволить себе ни обдумать все "за и против", ни искать другие варианты. Левая рука всё ещё лежала на затылке несчастного, я снова сжал пальцы, чтобы зафиксировать голову, а правой воткнул кинжала ему в глаз.
Реакция Голоса Страха не заставила себя ждать. Для начала он коротко прокомментировал ситуацию: "Очень плохо, придется тебя наказать". А сразу после обрушился на меня также, как только что на Соломона. Вот только работал он как-то топорно, да, я немедленно ощутил озноб и присутствие некой неведомой опасности, но никаких конкретных страхов, которые можно было бы раздуть у меня в мыслях не нашлось, поэтому соображать я продолжал относительно трезво. Конечно, их появление было делом времени, думаю, поэтому неосязаемый собеседник и не пытался сам пробудить что-то определенное.
Хотелось побыстрей покинуть это место, не знаю, что бы мне это дало, но и причин отказывать себя я не видел. Вместо того чтобы исчезнуть немедленно я по привычке пошел к калитке, но, когда вышел за неё, ничего не произошло. Близость края земли доставляла некоторый дискомфорт, а стоило глянуть на край и попробовать представить, что за ним, как разум охватила паника, заставила прижаться к забору и схватиться за прутья обеими руками. Но желаемый эффект опять не был достигнут, слишком далеко был забор от края, упасть отсюда было совершенно нереально, соответственно и стоять не страшно. Я решил ещё раз попробовать осмотреть своё сознание, и не зря. Никого подобного ему в этом мире также не было видно, хотя чувствовались быстро гаснущие следы присутствия другого сознания, мне ещё предстояло обдумать случившееся, но сейчас интересно было другое. То, что в прошлый раз показалось неким замутнением и могло быть списано вовсе на особенности восприятия, теперь выделялось значительно сильнее, не оставляя сомнений в инородности своего происхождения, но и найти, где кончаюсь я и начинается оно, не удавалось.
-- Не хватает порой острых ощущений, -- проговорил я, открывая глаза, но удерживая и вторую реальность.
