— Обойдусь чаем. Хоть в первую половину дня останусь спокойным. Скучный я сегодня.
— Сегодня? Ты всегда был немного скучноват.
Яра улыбнулась, поднеся сигарету к губам с отточенной грацией профессиональной обольстительницы. Мне всегда нравилась эта игра.
— Зато ты всегда полна энергии, детка.
Она слегка прищурилась, будто решая, съязвить ли ещё в ответ. Но всего лишь поманила официанта. Тот подошёл, принял заказ: мне — чай, ей — ещё один кофе, и удалился. Едва мы остались в относительном уединении, она заговорила снова:
— Решила вытащить тебя немного развеяться.
— Странные у тебя заботы, — хмыкнул я. — Обычно ты предпочитаешь держать дистанцию.
— Люди меняются, Макс. Правда, одни медленнее других... — в её голосе прозвучала лёгкая насмешка.
Яра затянулась и аккуратно стряхнула пепел в пустой стаканчик. В её манере было что-то, способное вытащить меня из моего вечного цинизма. Что-то высокое, светское и по-настоящему искушающее.
Чуть подался вперёд:
— Ладно… Ты хотела со мной что-то обсудить?
Серьёзность в её взгляде стала более явной. Яра отложила чашку и всмотрелась в меня.
— Короче, я тут подумала, всё это, чем мы занимаемся, бессмысленная карусель, один и тот же повтор. Ты не задумывался об этом?
Я нахмурился: довольно неожиданный уровень философии для нашего общения.
— Задумывался постоянно. И…?
Она чуть качнула головой, затем ответила на выдохе:
— Я задолбалась, Макс. От этого города, от этой работы и… от себя, наверное… Чувствую себя грязной и невероятно использованной.
В её голосе промелькнула едва заметная дрожь, но она быстро взяла себя в руки. Я ощутил, как мой внутренний панцирь дал слабую трещину — редко когда она была столь откровенна. И я прекрасно понимал, что она подводит к чему-то более серьёзному.
Яра покрутила кружку в руках, задумавшись, и произнесла словно на выдохе:
— Короче, Макс, мне нужна помощь. Без твоего участия я не выпутаюсь.
Я откинулся на спинку стула, скрестив руки на груди:
— Очередной папик кинул, не заплатив?
Глаза Яры сузились, и в них вспыхнул насмешливый отблеск:
— Ты всегда такой саркастичный. Но хорошо, что хотя бы интересуешься…
Мы оба улыбнулись, понимая, что это наш общий «своеобразный юмор».
— Короче! У меня есть… э-э… постоянный клиент. Правда, немного неприятный. Ну, ты понимаешь: авторитет при бабле и связях, но с невероятно завышенным чувством собственности, вперемешку с тиранией.
Я немного проворчал:
— Мне кажется, у тебя все клиенты такие…
Затем нахмурился, подался вперёд:
— Так, и? Теперь он хочет выкрасть тебя, чтобы поместить в свой гарем. Угадал?
Её губы дёрнулись, будто она хотела бросить колкость, но передумала. Вместо этого быстро затянулась сигаретой и выбросила окурок в стаканчик:
— Если бы всё было так просто… Я заняла у него денег. Немного.
— Заняла? — мои брови приподнялись. — Ты же неплохо зарабатываешь.
Она на мгновение сжала кулаки на коленях:
— Да, но… Я хотела завязать с профессией. И ты же знаешь, как это работает. Мне нужно было выкупить себя у «продюсера», чтобы полностью выйти из этого дерьма. Я собрала всю сумму, но не хватало совсем чуть-чуть… Случайно проболталась ему, и он предложил мне помочь.
— И ты поверила в доброго самаритянина? — в моём голосе прозвучал холодный скептицизм.
— Камон, это всего сто тысяч, Макс. Для нас обоих это не что-то заоблачное, правда? — её голос сорвался на негромкий рык. — Я тогда была загнана в угол.
Я немного скривился и пожал плечами, показывая, что как бы согласен, а как бы не очень. Деньги, может, и не космические, но для рядового гражданского могут быть годовой зарплатой.
Она посмотрела на меня снисходительно:
— Ой, давай без этого… Поверь, мне и не такие суммы оставляли в качестве чаевых. Да и тебе, думаю, тоже.
— Чаевых? Я такие суммы получаю за полноценные заказы.
Она отвела взгляд, а я почувствовал, как в животе что-то неприятно сжалось. Яра не из тех, кто признаёт свои ошибки, и то, как она сейчас ломалась, говорило об одном — ситуация дерьмовая.
— Ладно. Дальше? — спросил я жёстче, чем хотел.
— Ну, сначала всё было хорошо. Я заплатила «проду», получила добро и уже была готова начать жизнь с чистого листа. Но этот клиент… буквально с ума сошёл! Встретил меня вчера вечером у дома со своими громилами и начал угрожать, — её голос дрогнул. — Потребовал вернуть бабло, причём по какой-то баснословной процентной ставке. Что-то типа «каждый день просрочки — плюс ещё сто тысяч». Я сначала подумала, что он пошутил или пытается так меня разыграть, но нет.
— Ну а как ты хотела? — я говорил жёстко, но видел, что она действительно в отчаянии. — Такого рода люди не занимаются благотворительностью. Даже для элитного эскорта. Зачем ты вообще у него брала деньги? Если не хватало — могла бы меня попросить помочь.
Она надула губы, потом закатила глаза:
— Ну, во-первых, я гордая… Во-вторых, когда мне нужны были деньги, этот клиент предложил довольно неожиданно и был крайне мил и обходителен: мол, «ох, Ярочка, давай помогу, все дела». Я повелась, думаю, что там — сто штук, ерунда же.
Я провёл рукой по затылку, чувствуя, как внутри поднимается злость.