Юра набрал в грудь воздуха, чтобы ответить, но ни слова так и не произнес, нахмурив брови и задумавшись. Он по-прежнему не мог взять в толк, о чем конкретно говорит Артём. Слова о психологии действовали убедительно, но вот что именно придется делать, чтобы прием сработал?..
- Нам нужно будет при них делать вид, словно мы встречаемся, как они, - видя, что следы разумной мысли на лице собеседника отсутствуют, произнес Артём. – Будто мы парочка.
- Чего?! – почти выкрикнул Юра, шарахнувшись от Левицкого, как от прокаженного. – Ты в своем уме? Ты придурок! Я не буду, я не педик! Да еще и с тобой!
- Это ты придурок, Барышев! – еще громче гаркнул Артём, хватая за запястье собравшегося сбежать из туалета Юрку и притягивая его обратно. – Я разве не ясно сказал, для чего это нужно? Или ты такой упертый, что не можешь пожертвовать своим раздутым самомнением ради друга? Я ради своего на это готов!
Теперь Барышев перестал вырываться, задумавшись – его гордость только что, похоже, изрядно задели, да еще и усомнились в дружеских чувствах к Руслану.
«Будто на слабо берет, - подумал Юра, упрямо прикусывая губу. Он хотел, чтобы у Русика все стало хорошо, он за него и в огонь и в воду готов, но вот чтобы притворяться педиком… - Вообще не думаю, что это поможет. Бред какой-то! Лучше просто поссорить их с Серёгой, да и дело с концом!»
- Тупая идея, Тёма, я не согласен, нужно что-то нормальное, - сказав это, брюнет развернулся и спешно вышел в коридор, почти бегом направившись к аудитории, где уже минут десять шла вторая по счету пара.
Левицкий, который даже не успел ничего ответить, так и стоял напротив небольшого туалетного зеркала и пялился сам на себя, силясь вспомнить, когда Юра последний раз звал его Тёмой. Похоже, это было еще в седьмом классе…
Юра, только подойдя к бежевой двери класса, откуда доносился монотонный голос преподавателя, ощутил, что у него отсутствует даже намек на желание учиться: мысли совершенно не о том, а сидеть за партой с отсутствующим взглядом – пустая трата времени. Идея Артёма все никак не шла из головы, Юра продолжал считать ее самой идиотской из всего, что когда-либо ему предлагали, и от этого становилось страшно: вдруг придется исполнять? В психологических тонкостях парень экспертом никогда не являлся, и поэтому не мог подтвердить и оспорить теорию Левицкого о том, что взгляд на собственное поведение со стороны поможет Руслану осознать свою ошибку. Конечно, других идей сейчас не было, но браться за настолько радикальные методы Юра все еще не готов.
Добравшись до дома гораздо раньше положенного времени, Барышев сожрал половину еды из холодильника, бездумно пощелкал пультом от телевизора, выбрав какой-то зарубежный сериал, не слишком давящий на психику, и уселся за задания, которых за прошедшую неделю накопилось не так уж мало.
Утром следующего дня Юра уже выкинул из головы вчерашний разговор с Артёмом, тем более что близилась Ленкина вечеринка, к которой надо как следует подготовиться. На это событие у Барышева уже имелись планы, весьма прозрачные и понятные даже дураку: много выпивки плюс красивые девчонки, плюс он, Юра, заботливый друг, который заранее обо всем договорится.
Конечно, до события еще больше недели ждать, но разве какие-то семь дней сравнятся с пятью месяцами, которые уже прошли?..
- Юрка! – друг, заметив Барышева на подходе к университету, едва ли не вприпрыжку подбежал, останавливаясь рядом. – Юра, отмажь меня с физики, пожалуйста!
- С физики, - подозрительно переспросил парень. – Ты что, домашку не сделал?
- Сделал, но мы с Серёгой просто хотели поехать в Царицыно, погулять. Последний месяц совсем мало времени проводим вместе. Отмажешь?
- Отмажу, - оторопело кивнул Юра, еще не переваривший все только что услышанное.
Руслан, просияв, торопливо поблагодарил его, махнул на прощание рукой и быстро двинулся за угол корпуса. Проследив за ним взглядом, Барышев успел заметить знакомую фигуру Серёги, поравнявшуюся с Русиком перед самым поворотом.
Доходило до Юры медленно. Он уже решал задачу на первой паре по физике, косясь все время на Артёма, который тоже сидел за партой один, и вдруг понял, что его развели, как ребенка. А он, как тот самый ребенок, купился – какое, к черту, Царицыно, когда Рус живет в общаге, а сейчас как раз все его соседи должны быть на занятиях!
«Они же там трахаться будут!» - осознал Барышев, с громким стуком роняя ручку на пол, тут же кидаясь ее поднимать и переворачивая при этом соседний стул, где обычно сидел Руслан. Все взгляды одногруппников моментально устремились в его сторону, но Юра, подняв голову, уставился в упор на Левицкого:
- Я согласен! – чуть ли не на всю аудиторию сказал он, и только потом заметил, что находится в центре внимания всей группы, да и Лидии Михайловны в придачу.
- На что это вы согласны, Барышев? – с легкой насмешкой спросила она, подходя поближе и опираясь ладонью на парту. – Левицкий вам предложение сделал?
