Как бы я ни отмахивался, а за эти дни между нами пролегли невидимые, но вполне осязаемые связи, что неизбежно происходит при любом более или менее продолжительном знакомстве, чем бы оно ни закончилось. А если еще присутствуют и личные симпатии… В этом-то и беда, расставаться уже было не так просто, как вначале.
Она решила мне помочь и заговорила первой:
— Ты нашел свой телепорт, Эл?
— Да. Там, где и предполагал, — за Порогом, где раньше обитал Страж. И где сейчас вместо него стоит твоя прекрасная каменная копия… Там находится еще один колодец, куда меньше первого, вот он — и есть хкаси-телепорт… А еще чуть дальше — логово Зверя.
Она затаила дыхание, прежде чем задать следующий вопрос, и я уже знал какой.
— Ты… ты видел его? Волшебного Зверя?
— Я видел его вместе с Квином, — поправил я, напоминая, что был там не один.
— И как он? — спросила она. — Как он выглядит?
Я криво улыбнулся:
— Волшебно, как же еще. Да ты сама теперь можешь сходить и глянуть на него в любое время. Возможно, он окончательно проснется только через несколько лет, так что нет необходимости спешить. Кстати, как там Гилсвери?
Мы нашли его недалеко от Гронта, рядом с остатками портала, и перенесли в более подходящее для тяжело раненного место — дом отшельника. Мне же самому и пришлось заносить его внутрь и укладывать на широкий лежак, возможно еще помнивший тепло своего сгинувшего хозяина. Так что сейчас светлейший находился прямо за моей спиной.
— Он пока без сознания, но быстро восстанавливается, — тихо вздохнула Тай, — Маги такого уровня, как Гилсвери, страшно живучи… в отличие от нас, смертных…
— Это я уже понял. Вспомнить хотя бы Драхуба.
— Лучше вспомни Лекса. — Она заметно расстроилась, вспомнив о подсотнике, ее светло-серые глаза подозрительно повлажнели. Ну вот, только слез мне и не хватало. — Бедняга, мне так его жаль. Знаешь, он так напоминал мне Остина, постоянно такой приветливый, неунывающий. У него была добрая душа…
— Мне тоже жаль, что так вышло. — Я помрачнел. Часть вины в смерти этого парня лежала и на моей совести.
— Кстати… Ты не очень будешь переживать, если я скажу, что для портала, с помощью которого ему удалось провести нубесов, Гилсвери использовал ваши трофейные мечи от дал-роктов, твой и Онни?
— Да нет… А что, сильно попортились?
Она смущенно хмыкнула.
— Онни тут провела небольшое расследование… И даже осколков не нашла.
— Гм… Понятно. Нет, я не в обиде, просто жаль красивую вещь, но раз клинки понадобились для дела…
Она кивнула, и я умолк. Все и так казалось ясным.
Небо выглядело уже не таким низким и мрачным, как раньше, а светлое пятно местного светила в нем — не таким тусклым. Но это мне лишь мерещилось: так быстро что-либо измениться не могло. Я наконец решился и спросил о том, что меня тяготило:
— Тай… Если хочешь, я могу забрать тебя с собой…
Она ответила сразу, без заминки, видимо, обдумала этот вопрос еще в мое отсутствие:
— Извини Эл, но мое место сейчас рядом с сыном. Он же Светоч, понимаешь? Даже сейчас у народов Внутреннего Круга с ним связано столько надежд… Только он сумеет объединить всех, чтобы справиться с грядущими бедами. Помнишь, что говорил Гилсвери? Будет война.
Я почувствовал, как против воли отвердели скулы. Я понимал, что ее желание остаться здесь, в своем мире, было не менее законным, чем мое — вернуться домой. Тем не менее, не удержавшись, я сделал еще одну попытку, особенно после этого упоминания о войне:
— Тай, я всегда смогу вернуть тебя обратно. Когда пожелаешь. И мне было бы приятно, если бы ты отправилась со мной.
Она покачала головой с грустной и одновременно снисходительной улыбкой:
— Эл, ты же не надеешься всерьез, что я соглашусь? Хватит успокаивать свою совесть, ты ничего мне не должен. Странные вы, мужики, все-таки… Подумай сам — здесь я прожила всю свою жизнь… Мой трактирчик приносит неплохой доход, я хорошо знаю народ, среди которого живу. Новые впечатления? Но за эти несколько дней я этих новых впечатлений нахваталась и у себя. Даже через край. Там же, в твоем стоэтажном мире, для меня все будет чужим, так же, как для тебя все чужое — здесь. Мне не хочется начинать все сначала и быть для кого-то обузой, и больше всего — для себя самой. Я благодарна тебе за это предложение, но давай-ка этим и ограничимся.
Я промолчал. Она была права. Я думал лишь о себе. Вся ее жизнь — здесь, а наше знакомство длится всего пару дней. И она была уже не в том юном и сумасбродном возрасте, когда так легко даются импульсивные решения, навеянные сиюминутными желаниями. Решения, в которых взахлеб заливаются эмоции, а рассудок молчит в тряпочку. Глупо было бы на что-то надеяться.
— Может, сам как-нибудь заглянешь к нам?
Я вздрогнул, она это заметила и улыбнулась, но уже как-то натянуто.
— Понятно, — сказала она чуть погодя. — Не самые лучшие впечатления, да?
Хватит, подумал я и резко поднялся. Сколько можно травить душу? Пора все это было заканчивать.
— Ладно, мне пора.
