– Но девушка все же имеется? – не унимается друг, нащупав нужную информацию.
– Допустим.
– Будешь молчать до последнего, да? – Он знает мой характер, поэтому не пытается лезть в голову. Я всегда оставляю личное вне обсуждений. Перемывать косточки – это по части Сокола.
– Если все сложится, познакомлю.
– И на том спасибо. Уважь мое любопытство, расскажи хотя бы самую малость. Я тебе, считай, душу излил, а ты отмалчиваешься.
– Лера тоже в процессе развода, – решаю поделиться только по причине общей проблемы. Меня теперь очень заботит, не затянется ли процесс на несколько месяцев. Я, в отличие от Ромы, наблюдать со стороны не намерен.
– Да ну на хрен? Еще скажи, что ребенок от тебя имеется, – удивленно вскидывает бровь.
– Ребенок у нее есть, но не мой. Тут только ты успел обзавестись потомством, – добавляю шутливо.
– Девочка? Мальчик? Сколько лет? – словно бабка на базаре, продолжает вытягивать детали.
– Девочка. Пять лет.
– А Лере сколько?
– Двадцать пять, – рассказываю неохотно, хотя сам узнал только неделю назад. Разница в семь лет меня не особо пугает.
– Неплохо. Демыч, вот ты постоянно все скрываешь. Однажды женишься, а я узнаю об этом только тогда, когда первенец родится.
– Трепать языком – по твоей части.
– Подожди, пока о Лере не узнает твоя мама. Она внуков ждет, а ты, считай, преподносишь ей Святой Грааль в виде маленькой девочки, – глумится Сокол.
– Они встретятся на игре в Мытищах.
– И ни одна из сторон об этой встрече, естественно, не в курсе? Как обычно, идешь ва-банк.
– Если я расскажу об этом заранее, Лера даст деру. Она знакомить дочь со мной боится, а тут сюрприз в виде моих родителей.
– Антонину Павловну предупреди хотя бы. Ей много времени не потребуется, чтобы сложить два и два. Задушит еще своим энтузиазмом и спугнет девчонку, – продолжает наставлять Рома.
– Я уже думал об этом. Камилла впервые идет на игру. Возможно, помощь развлечь ребенка не помешает, – рассуждаю я вслух, поворачивая на знакомую улицу. Мы с Соколом купили соседние участки после первого большого гонорара. Родители живут тут недалеко.
– Идея хорошая. Когда собираешься обрадовать Антонину Павловну? – подозрительно интересуется.
– Тебя подброшу и заеду к ним. Я обещал отцу поговорить о твоих сегодняшних приключениях.
– Отлично! Поехали вместе. Заодно поблагодарю Геннадия Сергеевича за помощь, – восторженно хлопает в ладоши Сокол, как неуемная малолетка.
– Хочешь перемыть мне кости?
– Естественно. Событие мирового масштаба. Михаил Демин рассказывает о наличии девушки. Если бы не твой брак с Настей, они давно бы решили, что ты гей. Это я со слов Антонины Павловны передаю, кстати, – покатываясь от смеха, рассказывает Рома.
– А потом ты удивляешься, почему Катя не считает тебя достаточно серьезным, – не упускаю возможности поглумиться в ответ.
– Юмор помогает справляться с трудностями.
– Откуда ты взял подобную глупость?
– В Гугле, – произносит абсолютно серьезно, но через мгновение сдается и взрывается громким хохотом. Я в ответ лишь хмыкаю, паркуясь у родительского дома.
Спустя полчаса после приезда, полсотни милых лобызаний Ромы с матерью и разговора с отцом, мы наконец-то садимся за стол. Мама чхать хотела на наш режим и правильное питание. Она с детства пихала мне булки, несмотря на злобные взгляды отца, и причитала о жестокости спортивной диеты. Поэтому, естественно, накрыла стол в лучших традициях жертвы холестерина. Тут тебе горячая шарлотка, салат со свежими овощами, заправленный майонезом, пюре с подливой, жареные котлеты и солянка. Я стараюсь как можно реже позволять себе такое питание, но иногда устоять невозможно. У Сокола подобных проблем нет, он всегда в состоянии набора массы. Так что под одобрительный взгляд моей гостеприимной мамы накладывает всего да побольше.
– Миш, а я тебе салат отдельно заправила, – говорит мама и ставит передо мной тарелку без майонеза. Масло не лучшее решение, но ценю ее старания.
– Спасибо, хотя от солянки я бы тоже не отказался, – хмыкаю я, кивая на друга, который уплетает суп.
– Правда? Отлично. Я тебе туда пару долек лимона брошу, чтобы жир впитал, – подрывается и начинает суетиться.
– Мам, брось, мне не сложно сделать самому, – пытаюсь воспротивиться, но сталкиваюсь с ее недовольным взглядом и остаюсь на месте. Этой женщине только дай возможность проявить излишнюю заботу.
– Ром, я тут подумал, Катя же может подать ходатайство о нарушении регламентирующих сроков рассмотрения дела в суде. Они не имели права давать вторую отсрочку без наличия весомых аргументов, – произносит отец, припоминая недавний разговор в кабинете.
– И сколько они будут рассматривать это заявление? Быстрее срок выйдет. Вот если в третий раз откажут в разводе, тогда другой разговор.
– Согласен. Повезло, что у них нет общих детей. Тогда бы дело могло занять не один год, – на последней фразе давлюсь салатом и кашляю.
– Миш, ты чего? – спрашивает мама, пока Рома похлопывает по спине, подозрительно прищурившись. Партизан хренов.
– От чего зависит увеличение срока? – обращаюсь к отцу, когда прокашливаюсь.
