– Тебе удобно? – спрашиваю я Мишу, кивая на спортивную сумку, которая висит на другом плече. В ответ он только закатывает глаза и размашистым шагом идет на выход.
– Как провели время на трибунах? Не капризничала? – интересуется у меня, семенящей рядом.
– Ты сейчас тонко прощупываешь информацию касательно знакомства с твоими родителями? – говорю недовольно. Пусть не надеется на прощение за эту выходку.
– Если бы я предупредил заранее, ты бы нашла повод отказаться.
– Демин, так дела не делаются!
– Скажешь, я ошибаюсь? – ухмыляется он.
– Какая разница? Представь, каково мне было, когда я поняла, с кем сижу рядом, – продолжаю возмущаться и делаю вид, что он не попал в точку.
– Тебе нужна была помощь. Поверь, лучшей няньки, чем моя мама, не существует.
– Я заметила. Она хорошо подготовилась к встрече. Ведь ее соизволили предупредить заранее.
– С твоим недовольством еще можно справиться, а вот что касается мамы… Тут есть некоторые сомнения, – подшучивает Демин.
– Так, значит, ты из двух зол выбрал меньшее?
– Типа того, – подмигивает он, когда мы выходим на улицу.
– Честно говоря, Антонина Павловна очень помогла с Камиллой. Они всю игру занималась развивашками, – делюсь подробностями. Стоит признать, его поступок сыграл на руку.
– Это профдеформация. В прошлом году она выпустила последний класс и иногда скучает по школе.
– Твой отец, кстати, тоже заскучал по работе. Он предложил свою помощь в разводе. Скажи мне, Демин, есть хоть что-то, к чему ты не приложил руку? – возвращаюсь к своему недовольному тону, когда вспоминаю разговор с Геннадием Сергеевичем.
– Тут моей вины нет. Просто к слову пришлось, и я задал несколько уточняющих вопросов. Дальнейшая инициатива исключительно его заслуга.
– Стесняюсь спросить, как вы пришли к разговору о разводе? – подозрительно интересуюсь. Такие вещи без повода не обсуждают.
– У Сокола похожая ситуация, и они обсуждали детали.
– Подожди, ты про того самого Романа Соколова? Который попал в неприятности? – вспоминаю историю, из-за которой Миша стремительно уехал во вторник.
– Да. Отец помог ему выйти сухим из воды.
– Я видела его сына сегодня. Еще подумала, что у них очень холодные отношения с мамой мальчика. Он тоже в процессе развода?
– Нет, Сокол не женат. А вот Катя да. Вероятно, ее ты и видела.
– Но парнишка точная копия Ромы, – рассуждаю я вслух, пытаясь сложить правильную картинку в голове.
– Все верно. Артем его сын. Катя вышла замуж после рождения ребенка. Там сложная ситуация. Я туда стараюсь не лезть, – произносит довольно уклончиво.
Оставляю при себе все вопросы, хотя и любопытно.
– Открой вначале багажник, форму заброшу, – обращается ко мне Миша, когда мы доходим до машины. Я уже забыла, что ключи покоятся в моей сумочке. Снимаю сигнализацию и отдаю их ему. Пока он расправляется с вещами, открываю пассажирскую дверь и замираю на месте. Там на сиденье установлено детское кресло, которого раньше не было.
– Миш, а это откуда? – спрашиваю растерянно.
– Из магазина, Лер, или ты собиралась везти дочь на коленях? – говорит за моей спиной Демин.
– Ты купил автокресло? Для Камиллы?
В очередной раз удивляет своим поступком. Одно дело – безобидные сладости, но этот подарок – недешевое удовольствие.
– Да. И прежде, чем ты снова начнешь спорить, подумай о ее безопасности. Она явно не последний раз едет в этой машине. Какой смысл оттягивать покупку? – Не давая мне возможности вставить слово, Демин борется с возражениями.
Какие тут споры, когда мое сердце предательски екает? Миша заботится не только обо мне, но и о моей дочери. Правильно говорят, что путь к сердцу женщины лежит через ее ребенка.
Чтобы не развалиться окончательно, переключаю внимание на Камиллу. Поворачиваюсь к ним и только сейчас замечаю, что дочь преспокойно спит на руках Демина.
– Давай я сам, – говорит он, кивая в сторону салона. Мне остается только отойти в сторону, наблюдая за его движениями со стороны. Миша аккуратно усаживает Камиллу, после чего пристегивает и проверяет прочность ремней.
Позабытые бабочки в животе дают о себе знать. Мне до безумия хочется подойти к нему и крепко обнять. Без слов поблагодарить за все, что он делает для нас с дочерью. Какие аргументы искать, чтобы затормозить эту треклятую нежность? Это ведь не мимолетные ухаживания, а гораздо большее. Демин стремительно завоевывает мое сердце. Проникает под кожу. Становится невыносимо необходимым. Я безвозвратно влюбляюсь в этого мужчину и не уверена, что хочу притормозить.
– Миш, – обращаюсь к нему полушепотом, когда он закрывает дверь.
– Да? – поворачивается и смотрит внимательно.
В свете ночных фонарей, освещающих парковку, его глаза кажутся почти черными, бездонными. Словно то самое море, в которое я погружаюсь все глубже день ото дня. По крупицам окружает своим теплом и не дает тонуть в одиночестве.
Он мой спасательный круг.
– Спасибо, – шепчу тихо, с надрывом. Тело сотрясает крупная дрожь, и с губ срывается приглушенный всхлип.
– Иди сюда, маленькая, – говорит он с теплой усмешкой, раскрывая руки.
