— Софья наша с тобой дочь, и давай покончим с этим прошлым, — ответила Полина.
— Мама! Папа! Скорее сюда, сейчас дядю Вову будут показывать, — раздался из комнаты задорный детский голосок.
Лёва и Полина бросились в комнату. На кровати сидела девочка, милое ангельское создание четырех лет от роду с пультом от телевизора в руках. Софья сидела рядом с сестрой и с любопытством смотрела на экран.
«Русская Анаконда, часть третья», — сказал гнусавый диктор, и пошли заокеанские титры. Лёва положил жене руку на плечо и с интересом ждал начало фильма. На экране появился Вольфганг в образе древнерусского богатыря. Не говоря ни слова, Вольфганг крошил своих врагов направо и налево. Играя мышцами и ловко орудуя огромным мечом, бывший стриптизер прокладывал себе дорогу через поверженные тела своих недругов и улыбался в камеру ослепительной, белоснежной, голливудской улыбкой.
— Yes! Вовчик-Красавчик! — Захлебываясь от восторга и прыгая на кровати, закричала младшая из сестер.
Софья при этом томно подкатила глаза и глубоко вздохнула.
— Ну, американцы перегнули, конечно, но Вольфганг молодец, правда текста, как обычно маловато у него, но это возможно даже к лучшему, — иронично заметил Прошкин и посмотрел на Полину, ожидая её реакции.
— Меня больше волнует вопрос, когда они приедут? — Ответила Полина — Марина звонила вчера, сказала, что вечером вылетают, а их нет до сих пор, вот уж непредсказуемая парочка.
— Мама, а как же Вова с Мариной едут, если вот он в телевизоре воюет? — шлепая босыми ногами по полу, прощебетала младшая сестра.
— Ангелина, — строгим голосом сказала Полина, — немедленно надень тапочки, мыть руки и марш за стол. Вот бери с Софьи пример, слушается с первого раза.
Белый парусник встал на якорь и медленно покачивался на волнах. С помощью матросов, очень осторожно, по трапу на берег, сходили дети, весело болтая и размахивая разноцветными флажками. Прошкин посмотрел на часы:
— Еще одна группа, и на сегодня закончили, хотелось бы посмотреть на Степана, с его морской болезнью. Главное, чтобы сильно в роль не вживался, а то будет как в прошлый раз.
— О, да! Я помню, — ответила Полина, накрывая на стол, — его тогда еле вытащили, хорошо, что течением недалеко унесло, это же надо было догадаться, показывать детям Ихтиандра, при этом совершенно не умея плавать. И костюм же где-то нашел. Интересно, а сегодня он кто у нас?
По палубе важно прохаживался Степан в костюме пирата, но понять, что это конкретно за персонаж, не представлялось возможным. Костюм был наспех переделан из реквизита к спектаклю «Остров Сокровищ». Стёпа был в нём похож на повзрослевшего Джима Хокинса, ну или, на внезапно помолодевшего Билли Бонса. Настоящее амплуа неведомого пирата было известно, вероятно, одному только Стёпе. Лёва помахал ему рукой и задумчиво сел обратно в кресло.
Идею парусника он воплотил пару лет назад, он был спущен на воду в день рождения Софьи. Она росла в семье Прошкиных, как родная дочь, по сути, она и была родная. Пять лет назад Лев Валентинович собрал все необходимые документы и официально перевез девочку к себе. Софья боготворила отца, Лёва стал для неё самым близким человеком на свете. Тогда же Прошкин сделал предложение Полине Воронцовой, и она ответила согласием. Через год в семье Прошкиных появилось долгожданное пополнение в лице младшей дочери, которую родители единогласно назвали Ангелина. Вот так и входил в своё пятидесятилетие Лев Валентинович Прошкин.
Корабль, тем временем, принял на борт новых маленьких пассажиров и теперь разворачивался, чтобы снова выйти в открытое море. Прошкин гордился своим детищем. Он сдержал все свои обещания.
Этот парусник, он нашел на заброшенном корабельном кладбище. Сторож никак не мог объяснить, как он туда попал. Состояние корабля было плачевным, он лежал на боку с огромной пробоиной в носовой части ниже ватерлинии. Борта практически сгнили, все металлические части покрылись ржавчиной. Любой нормальный человек, будь у него такая идея, конечно, построил бы корабль с нуля и был бы абсолютно прав. Любой человек, но только не Прошкин. Он выкупил остатки парусника, вложил в его реконструкцию просто немыслимые деньги и вскоре белоснежное судно, оснащенное по последнему слову техники, уже бороздило морские просторы, вызывая восторг у большей части отдыхающего населения, и лёгкую зависть у конкурентов, которых в пляжный сезон, было немало. Детей Лёва катал бесплатно. Они приезжали группами, которые заранее записывались, предварительно созвонившись с Прошкиным. Вереницы автобусов с подрастающим поколением выстраивались в очередь в ожидании своего времени для морской прогулки.
Лёва был полностью счастлив. Все, что было ему дорого, собралось в единое целое. Любимая женщина, обожаемые дети, белый парусник, новый дом, Степан, Вольфганг и Марина. Это был его мир. Он по праву заслужил это. И от этой мысли на душе Прошкина становилось легко и спокойно.
