Существенные изменения положения Ленинграда, связанные с прорывом блокады, а также успехами на других фронтах, не привели к столь же заметному улучшению настроений как простых горожан, так и в ключевых институтах власти и управления, в частности милиции. Более того, протоколы партийных собраний отделений милиции свидетельствуют о негативных тенденциях, наметившихся в рядах сотрудников охраны общественного порядка. Например, 29 сентября 1943 г. в 12 отделении милиции обсуждался вопрос о политико-моральном состоянии сотрудников в связи с тремя случаями самоубийств и еще двумя попытками совершить самоубийство в отделении за последние шесть месяцев. Важнейшей причиной секретарь парторганизации признал то, что «многие коммунисты и беспартийные, встречая перед собой даже небольшие трудности, не видят выхода и не могут их преодолеть»95.
Отношение к партии со стороны населения в 1943 г. несколько изменилось — хотя были и те, кто по-прежнему тяготился членством в ВКП(б)96,[45] развитие событий на фронте подсказывало, особенно после успеха Красной Армии на Курской дуге, что этот институт по-прежнему будет играть важнейшую роль в жизни страны. Особое значение это обстоятельство имело для тех, кто надеялся на трансформацию режима, которая представлялась возможной только изнутри. В связи с этим интересна справка начальника УНКВД ЛО, адресованная А. Жданову и А. Кузнецову о «новой» тактике борьбы «контрреволюционного элемента» от 11 августа 1943 г. В частности, в этом документе говорилось :
«…по данным агентуры и в ряде следственных материалов… установлен ряд случаев, когда антисоветски настроенные элементы с целью тщательной конспирации своей подрывной работы стремятся вступить в ВКП(б)».
Возможно, УНКГБ специально старалось сдержать возрождение партии, занимая позицию хранителя «чистоты рядов». Такая политика могла привести к изменению в соотношении сил НКГБ — партия, когда партийные лидеры вынуждены были бы в еще большой степени зависеть от НКГБ. Впрочем, это только лишь наша догадка. Свои выводы УНКГБ обосновывало показаниями арестованных и данными агентуры, которые звучали вполне убедительно:
«…Советская власть мне нужна постольку, поскольку она поддерживает мое состояние и поэтому я должен подкрашиваться под ее цвет.
Когда же советская власть будет накануне краха под воздействием англо-американского блока, тогда партия мне будет не нужна. В этот момент я брошу партийный билет в лицо партии и так сделают многие…
Сейчас мы будем держать партбилет, но до поры до времени, а потом скажем: «Вот ваш партбилет, пришло новое время, он нам не нужен. Пришло такое время, когда мы будем бороться с этой партией»
