Когда к позициям бронебойщиков выползли три «штуга», оставшиеся в живых бойцы уже не раз попрощались с жизнью. Две самоходки удалось подбить из ПТР, до того как закончились патроны к ружьям. К третьей машине из ближайшей щели выползла нескладная фигурка в длинной солдатской шинели, в руках бойца были зажаты две бутылки КС. Броском сокращая насыщенное металлом пространство, в считаных метрах от «штуга» боец замахнулся, но бутылка разбилась в руке, обдав голову и тело горящей, сжигающей мясо до костей, липкой жидкостью. Испытывая дикую боль, боец заметался в клубах белого дыма. Через мгновение фигурка в огне бросилась к ревущей самоходке, последним движением в жизни разбив вторую бутылку об броню «штуга».
К концу 2 октября остатки 883-го и 895-го сп были отброшены к загроможденной вагонами линии железной дороги. Комдив генерал Смехотворов вечером просил командарма Чуйкова срочно сменить 883-й сп другой частью, косвенно признавая то, что подразделения фактически нет. На смену разбитому полку выдвинули 120-й сп 39-й гв сд, стоявшей во втором эшелоне.
В помощь полуокруженному на высоте 97,7 первому батальону 124-й осбр командование 62-й армии выслало два полка 112-й сд, немногим более 500 активных штыков.
Пожар рядом с командным пунктом 62-й армии разгорелся в полную силу, но, несмотря на удушающий дым, распространяющийся огонь и наличие двух еще не разорвавшихся нефтебаков рядом, штаб продолжал работать на прежнем месте. Переезд означал временную потерю управления, а этого командарм Чуйков позволить себе никак не мог.
В течение ночи занятый пехотой 100-й егд поселок имени Рыкова был обстрелян советскими артиллерийскими батареями «