Она повернулась и посмотрела на него. Гермиона была удивлена, увидев его таким уязвимым, как будто он действительно думал, что она скажет «нет». Это правда, что сегодняшний вечер не был идеальным, но она все еще хотела посмотреть, что может произойти между ними двумя. Не то чтобы она не дала ему второго шанса и не сказала ему об этом.
— Это было бы очень мило, — сказала она, заправляя волосы за ухо.
Шум с другого балкона становился все громче. Гермиона моргнула, поняв, что они все начали обратный отсчет до Нового года. Чувствуя себя уверенно, она посмотрела на крупного мужчину.
— Ты же знаешь…есть маггловская традиция, — тихо сказала она, не сводя с него глаз. — Целоваться с кем-то, когда часы бьют полночь в канун Нового года. Чтобы провести счастливый новый год.
Маркус посмотрел на нее сверху вниз со своего преимущества в росте, тяжело сглотнув. Гермиона смотрела, как его кадык подпрыгивает в предвкушении, слушая, как цифры становятся все ниже и ниже. Когда они дошли до «одного», он резко наклонился и целомудренно прижался губами к ее губам. Он задержался на мгновение, их губы идеально соединились. Внутри Гермиона чувствовала, как ее желудок делает эти возбужденные кульбиты, не желая, чтобы этот момент заканчивался.
========== Глава 11: Лепестки Пиона ==========
Январь 2000 года
Гермиона возилась за крошечным туалетным столиком в своей комнате, ожидая, когда Маркус появится в ее квартире, чтобы сопроводить ее на ужин. Всего лишь полчаса и она была готова, но было ещё полно времени, до того, как он должен был приехать и забрать ее на свидание. Она всегда была очень пунктуальна, но сейчас ей хотелось, чтобы у нее была какая-нибудь работа, которой она могла бы заняться. Вместо этого ей не на чем было сосредоточиться, и она решила в третий раз за вечер надушиться. Это был прекрасный аромат — свежие розы с оттенком бергамота, — и она надеялась, что он понравится Маркусу.
Она не понимала, почему так нервничает. Она действительно с нетерпением ждала этого свидания, как она сказала Джинни за чаем в начале недели, но по мере того, как выбранный день подбирался все ближе и ближе, она обнаружила, что становится все более и более обеспокоенной.
Возможно, это было осознание того, что они будут только вдвоем. В последние несколько раз они виделись на вечеринках, и там было много других людей, с которыми можно было развлечься, если бы захотелось. Но теперь, первые шаги придётся делать им самим. Покачав головой, она поняла, что до сих пор у них с Маркусом не было никаких проблем с тем, чтобы найти тему для разговора…конечно, они же смогут найти о чем поговорить, и занять два — три часа, верно? По крайней мере, она всегда могла вернуться к расспросам о Германии. Похоже, на Новый год ему было что сказать по этому поводу.
Как раз в тот момент, когда она подумала, что ей нужно немного отдохнуть, раздался стук в дверь ее квартиры. Вскочив, Гермиона быстро оглядела себя в зеркале, убедившись, что ее элегантное платье цвета сливы не помялось. Она проковыляла к двери, почесав Живоглота, когда проходила мимо него.
Когда она открыла дверь, то никого не увидела. Чувствуя себя немного сбитой с толку, Гермиона уже собиралась закрыть дверь, когда из коридора появилась чья-то рука. Улыбка появилась на ее лице, когда она увидела, что рука держит единственный цветок — пион кораллового цвета. Смеясь, Гермиона с готовностью взяла предложенный цветок и поднесла к носу. Запах был восхитительным, и она была уверена, что его только срезали.
Когда она оторвала взгляд от цветка, Маркус Флинт стоял в дверях с застенчивым выражением на лице. Он, очевидно, очень тщательно подбирал наряд для этого вечера, и это очень шло к его фигуре. Высокий и сильный, пиджак, который он носил, подчеркивал его широкие плечи и сильные руки. Он не был классически красив, но было что-то такое в намеке на щетину на его подбородке и его мальчишеской улыбке, что заставило Гермиону внутренне содрогнуться от желания.
— Пожалуйста, проходи, — предложила она, отступая в сторону, чтобы он мог войти в квартиру. — Я просто поставлю это в вазу. Пионы — мои любимые. Откуда ты знаешь? — она задумалась. Рон знал ее почти десять лет, и когда они встречались, он даже не удосужился выяснить, какой цветок она предпочитает.
Легкий румянец появился на его щеках, заставив ее улыбнуться. Она всегда была так удивлена и поражена, что могла заставить этого человека покраснеть в любом качестве.
— Ну, я спросил у Невилла, — признался он. — Он очень хороший друг, — добавил он потом.
Гермиона была невероятно тронута этим жестом, зная, что он сделал все возможное, чтобы она получила цветок, который действительно хотела, а не просто выбрал классическую красную розу. Опустив пион в вазу, доставшейся ей в наследство от бабушки, Гермиона добавила воду, зная, что будет лелеять его. Возможно, ей даже придется сделать из него гербарий.
Она подошла к кушетке, чтобы натянуть сапоги. Каблуки были хорошими, но не слишком удобные, для прогулок, учитывая то, что снаружи был довольно впечатляющий слой снега для Лондона.
