И так же внезапно, как началось, все закончилось. Температура стремительно вернулась к норме — я почувствовал дуновение теплого ветра. Листва и деревья стали потрескивать, освобождаясь от тонкой корки измороси.
Лед на стенах академии тоже медленно таял, оставляя после себя влажные разводы на древней кладке. Только одно место оставалось нетронутым теплом — окно, из которого вырвался этот взрыв маны, все еще было окружено кристально чистым льдом.
Нас отвели еще дальше от учебного корпуса. На улице уже выстроились агенты БМБ — элитные оперативники в черных мундирах с серебряной отделкой. Только теперь еще и в фуражках.
Я прислушался к разговору группы студентов неподалеку.
— Это точно была Златомирская, — шептала девушка. — Я ее в окне видела до взрыва.
— София? Ты уверена? — переспросил кто-то.
— Теперь уже не разглядишь за этой стеной льда, — перебил их третий голос.
Я замер. София Златомирская… Внучка того самого хитрого дедка, что пытался удержать меня в своем особняке. Хм… За таким выбросом силы обычно стоит серьезная причина. Что же могло довести наследницу древнего рода до подобного? Нужно бы ей помочь, но как…
Мои размышления прервал резкий рывок — Ефим Каверин, боевой целитель и знакомый моей сестры, буквально материализовался рядом. Его очки съехали набок, а в глазах читалась плохо скрываемая паника:
— Быстрее! — он схватил меня за руку с неожиданной силой. — Нужны все целители! Каждая пара рук на счету!
Пока мы бежали, он вводил меня в курс дела:
— Пятнадцать пострадавших, все без признаков жизни. — Его голос дрожал. — Нужно проверить каждого, дважды, трижды! Если хоть один студент погибнет… — он не договорил, но я понял. Смерть студента в стенах академии — это политический скандал такого масштаба, что содрогнется вся империя.
У входа в пострадавшее крыло мы обнаружили Полозова. Он раздавал указания группе людей в странных защитных костюмах.
На первый взгляд их снаряжение напоминало помесь комбинезонов сантехников и защитных костюмов алхимиков. На спинах каждого объемный рюкзак с хитросплетением баллонов и трубок, соединенных с пожарными шлангами.
— Кто эти… специалисты? — я кивнул в сторону группы.
— Отряд зачистки эфирных аномалий, — Ефим говорил тихо, словно боялся, что нас подслушают. — Их оборудование способно поглощать остаточное излучение эфирной маны. Без них тут через неделю начнут происходить… интересные вещи с порталами.
Поднимаясь по лестнице, я отметил, как стремительно менялась обстановка. Каждый шаг приближал нас к эпицентру выброса силы.
Стены покрывал толстый слой инея — не тот легкий налет, что бывает морозным утром, а настоящий ледяной панцирь толщиной в палец. Каждый шаг отдавался хрустом — под ногами скрипел свежевыпавший снег, больше уместный где-нибудь в горах, чем в коридорах академии.
В воздухе кружились крупные снежинки — они формировались прямо из насыщенного влагой воздуха и медленно опускались вниз. Наше дыхание вырывалось облачками пара, мгновенно превращаясь в мельчайшие кристаллики льда.
Чем выше мы поднимались, тем сильнее ощущалась остаточная магия. Она буквально пропитала пространство — я чувствовал, как она резонирует с моим собственным магическим ядром.
Тут на лестнице появился еще один медик — бородатый мужичок в безупречно белом халате. Он положил руку на плечо Ефима — явно главный лекарь академии, тот самый, чьим помощником работает наш очкарик.
Он быстро собрал всех целителей — нас оказалось шестеро, не считая его самого. Один я с первого курса, остальные — старшекурсники. По их уверенным лицам, по тому, как они держались, было видно — опытные целители, прошедшие не одну практику.
Главный лекарь встал перед нами, его голос звучал четко и уверенно:
— Ситуация критическая. Сейчас прибудут маги огня — они начнут душить водную магию. Как только появится брешь в ледяной стене, мы заходим парами. Датчики показывают наличие артефакта внутри. И восемь человек на грани. Их жизненные показатели едва фиксируются.
— Может, стоит разобраться в причине эфирного выброса? — я намеренно сделал голос максимально нейтральным. — Такие вещи обычно не случаются просто так.
Все синхронно повернулись ко мне. Я почти физически ощущал, как их взгляды буравят мою скромную персону.
Главный лекарь нахмурился так, словно я предложил лечить ожоги подорожником, а Ефим и вовсе побледнел.
Что ж, ладно. Я слегка пожал плечами — раз умные люди считают, что действовать вслепую разумнее, кто я такой, чтобы спорить?
Впрочем, кое-какие выводы я уже сделал. При нашей первой встрече с Софьей я успел уловить состояние её магического ядра. И оно было… тревожным.
Нестабильная структура, хаотичные всплески силы, словно плотину вот-вот прорвет. А может и вовсе София не виновница, а жертва.
Мои размышления прервало появление магов огня из БМБ. О, это было… феерично. Их выход больше напоминал постановку… кувырки, перекаты, картинные кунг-фу позы. Интересно, они всегда так работают, или это специальное представление для впечатлительной публики?
