Софья Златомирская рассматривала больничный потолок, пытаясь сфокусировать зрение, словно настраивала размытую камеру. Попытка пошевелиться отозвалась волной мурашек, пробежавших от затылка до пят.
'Сколько я уже здесь? " — мысль ускользала, размытая и нечёткая.
Медицинское оборудование обступало кровать: стойка с прозрачными капельницами, мониторы с пульсирующими зелёными линиями, датчики, прилепленные к коже. К запястью тянулась трубка, через которую, наверное, и поступали питательные вещества всё это время.
Внезапно дверь распахнулась, и внутрь буквально влетела молодая женщина в светло-голубом халате. Её взгляд метнулся к мониторам, затем к лицу Софьи, и в глазах лекаря отразилось изумление.
— Вы очнулись! — воскликнула она. — Невероятно!
Лекарь быстро проверила показания приборов, сверилась с планшетом и склонилась над пациенткой:
— Софья, вы понимаете, где находитесь? Помните, что с вами произошло? Вы спали несколько дней, и никакие стандартные методы пробуждения не действовали. Мы даже привлекали специалистов по ментальной магии!
Софья попыталась ответить, но из пересохшего горла вырвался только сиплый звук. Лекарь тут же поднесла стакан с водой. Прохладная жидкость отозвалась на прикосновение мага воды, слегка качнулась навстречу губам.
— Я… не помню, — наконец ответил девушка. — Последнее воспоминание… простите не помню…
Тело воспринималось странно. В мышцах застоялась вязкая тяжесть, будто оно училась заново функционировать.
— Что со мной случилось? — Софья приподнялась на локтях, наблюдая, как лекарь делает пометки в планшете.
— Если бы мы знали, — вздохнула та. — Физически вы были абсолютно здоровы. Просто… не просыпались. Будто душу временно изъяли из тела. Мы проверяли на демоническое влияние, ментальные блоки, некромагические печати — ничего. Как будто вы просто… ушли.
Софья покачала головой и огляделась по сторонам. На прикроватной тумбочке мерцал экраном её смартфон, подключенный к зарядке.
— Можно?
Лекарь кивнула и протянула устройство:
— Конечно. Вам наверняка интересно, что происходило, пока вы… отсутствовали. Я позову главного врача, он хотел быть в курсе, когда вы очнётесь.
Девушка вышла, а Софья разблокировала экран. Уведомления водопадом обрушились на неё.
Она открыла новостное приложение, и первые заголовки буквально оглушили:
«НЕКРОМАНТИЧЕСКИЙ КУЛЬТ РАЗГРОМЛЕН: ИМПЕРСКИЕ СИЛЫ УНИЧТОЖИЛИ ГНЕЗДО ТЁМНЫХ МАГОВ».
«СКАНДАЛ В ВЫСШИХ СФЕРАХ: КАК ДРЕВНИЕ НЕКРОМАНТЫ ГОТОВИЛИСЬ ЗАХВАТИТЬ ИМПЕРИЮ».
«ЧЕМПИОНАТ ВОЗОБНОВЛЁН ВОПРЕКИ УГРОЗАМ: ИМПЕРАТОР ЛИЧНО ГАРАНТИРУЕТ БЕЗОПАСНОСТЬ».
«ТАЙНЫЙ ГЕРОЙ АКАДЕМИИ? ПЕРВОКУРСНИК УЧАСТВОВАЛ В ОПЕРАЦИИ ПРОТИВ НЕКРОМАНТОВ».
Софья листала дальше. Некромаги, тайный культ, операция в поместье Потаниных, возобновление Чемпионата… События разворачивались с немыслимой скоростью, пока она была погружена в беспамятство.
Внезапно телефон завибрировал, экран переключился на прямую трансляцию.
«СЕЙЧАС: ОТКРЫТИЕ ЧЕМПИОНАТА ВЫСШИХ СФЕР. ПЕРВЫЙ БОЙ — ДМИТРИЙ ВОЛКОНСКИЙ ПРОТИВ АРСЕНИЯ ТАРАСОВА».
Камера показывала панораму огромной арены. Две фигуры стояли по противоположным сторонам — одна в строгом тёмно-синем кителе, с клинками, объятыми стихиями, другая — в простой академической форме, расслабленная, почти скучающая.
Прозвучал гонг, и Тарасов атаковал — стремительно, безжалостно, соединяя огонь и воздух в смертоносный вихрь. Волконский же просто уклонялся. На его лице играла лёгкая улыбка.
Что-то произошло с Софьей в этот момент. Внезапная, иррациональная ярость затопила сознание. Вода в стакане на тумбочке вскипела, стекло треснуло. Капельница задрожала, жидкость в ней начала бурлить. Мониторы заверещали, фиксируя резкий скачок всех показателей.
Софья не отрывала взгляда от экрана, от этого самодовольного лица, от этих небрежных движений. Ненависть прорывала любые барьеры рассудка.
В раскрытую дверь палаты уже вбежали медики, встревоженные всплеском активности приборов. Но Софья их не видела — перед глазами был только он…
Я склонился над Тарасовым, распростёртым на арене. Его тело, ещё минуту назад полное энергии и движения, теперь казалось полностью парализованным. Только глаза лихорадочно двигались, пытаясь компенсировать неподвижность конечностей.
— Ч-что… ты со мной сделал? — голос Тарасова звучал хрипло, каждое слово давалось с трудом.
Я усмехнулся, присев рядом на корточки. Сейчас можно было позволить себе паузу для маленькой лекции.
— Знаешь, в чём прелесть боевого лекарства? — произнёс я. — Оно работает на клеточном уровне. Я не бил тебя огнём или молниями. Я просто… ускорил время для твоего организма.
Тарасов непонимающе моргнул.
