Я достал книгу в потрепанной обложке учебника по травологии. Внутри, конечно, были совсем не описания лечебных трав. «Мемуары некроманта» — как же с тобой договориться? Я уже час пытался убедить эту упрямую книгу показать мне зашифрованный текст, но она упорно сопративлялась. Вредная магическая макулатура…
Примерно через три часа пути вагон погрузился в дремоту. Катя уснула, прижав к груди папку с документами, Костя, демон. На очередной остановке зашла старушка с тележкой — маленькая, сгорбленная, она с трудом преодолела ступеньки.
Что-то в её движениях заставило меня насторожиться. Активировал внутреннее зрение, и картина оказалась удручающей — сердце работало с перебоями, словно изношенный механизм. Артерии были забиты холестериновыми бляшками как старые трубы накипью. В сонной артерии огромная бляшка практически перекрыла кровоток — вот-вот оторвется, и тогда… Я видел, как клетки мозга уже начинают страдать от недостатка кислорода.
Старушка тяжело опустилась на сиденье, схватившись за грудь. Её трясущиеся пальцы пытались набрать номер на старом кнопочном телефоне.
— Не могу… дочке позвонить не могу, — её голос дрожал. — Хоть бы успеть попрощаться… чувствую, конец…
Я поднялся и пересел к ней:
— Позвольте вашу руку.
Она подняла на меня мутные глаза, но послушно протянула морщинистую ладонь. Я осторожно взял её — кожа была сухой и холодной, пульс едва прощупывался.
Направил поток целительской силы — она потекла по энергетическим каналам как вода по иссохшей земле. Первым делом занялся сердцем — укрепил мышечные волокна, восстановил проводящую систему. Сердечный ритм постепенно выравнивался. Потом взялся за сосуды — бляшки буквально растворялись под воздействием энергии, стенки артерий укреплялись. Особое внимание уделил той опасной бляшке в сонной артерии — она исчезла последней.
Клетки мозга жадно впитывали хлынувший к ним кислород. Цвет лица старушки начал меняться — исчезла синюшность, щеки порозовели. Она выпрямилась, словно сбросив десяток лет:
— Господи, что же это такое… словно заново родилась!
— Позвоните дочке, — сказал я, поднимаясь, но старушка крепко схватила меня за руку.
— Да благословит тебя Арха, дитя света! — её голос окреп. — Да пребудет с тобой милость Триединого, да укрепит Всеотец длань твою целительскую! Да наполнит Великая Мать сосуд твоей силы, и да направит Вещий на твой истинный путь!
Что-то екнуло внутри. Арха? Это имя… оно отозвалось в глубинах памяти как удар колокола. Я точно слышал его раньше, но не в этом мире. Образы замелькали на грани сознания… но картинка ускользала, как вода сквозь пальцы.
Я склонил голову в вежливом поклоне и вернулся на место. Старушка уже набирала номер дочери, а в моей голове все крутилось это имя — Арха, Арха, Арха… Откуда я его знаю?
«Конечная станция — Волчий Яр. Стоянка десять минут,» — прозвучал механический голос из динамиков.
Я растолкал Костю, который умудрился пустить слюну на плечо демона, разбудил сестру. Сонные и помятые, мы выгрузились на платформу старинного вокзала. Здание поражало своей архитектурой — словно дворец в миниатюре, с башенками и витражными окнами.
А за вокзалом раскинулся лес — бескрайнее море золота. Клены и дубы полыхали всеми оттенками осени, от янтарного до багряного. И вдруг…
…величественный лес, деревья высотой до небес. Их стволы светятся изнутри, листва переливается. Эльфийские города на ветвях, соединенные мостами из живого дерева…
Резкая боль пронзила виски. Я схватился за голову — эти внезапные воспоминания из прошлой жизни уже порядком достали. Какого демона мне сейчас всплыл эльфийский лес?
Снова посмотрел на лес перед собой — обычный, земной, но от этого не менее прекрасный. Золотая осень во всей красе.
— Так, убирай беса, — скомандовала Катя, оглядываясь по сторонам.
— Демона! — возмущенно поправил Домен, выпячивая грудь.
— Если не исчезнешь в ближайшие три секунды, станешь мертвым демоном, — в голосе сестры появились стальные нотки. — Раз…
Домен закатил глаза, и его фигура начала таять в клубах серного дыма.
— О да, накажи меня, госпожа Волконская! — воскликнул он, растворяясь в воздухе. — Я был таким непослушным демоном…
Последние слова потонули в серном облаке. Катя только покачала головой:
— Гвардейцы его в порошок сотрут, не задумываясь. Люди старой закалки — для них демон всегда враг. Лучше подождать более спокойных времен для… расширения штата.
Её слова прервал шорох шин по гравию — на площадь Волчьего Яра вырулил черный «Мерседец».
Из машины выбрался Василий Тимофеевич Державин, о нем мне рассказывала Катя. В парадном мундире. На высоком воротнике серебряной нитью вышит волк — символ, который наш род носит уже больше тысячи лет. Старый гвардеец держался так прямо, что создавалось впечатление, будто его позвоночник заменили на титановый стержень.
— Господин Дмитрий, госпожа Екатерина, — он отвесил церемонный поклон. Затем его взгляд остановился на Косте. — А вы, должно быть…
— Константин Ведминов, — представился мой друг.
Лицо Державина буквально озарилось, словно он встретил старого боевого товарища:
