Он сильнейший некромант в академии… Я студентка по обмену… Он наследный принц драконов… Я же сирота и не имеющая никого за спиной… Он будущий выпускник академии, я же учусь только на третьем курсе. Он заносчивый самовлюбленный эгоист… Я же сорванец и оторва… Скажите, что может быть у нас общего?? Вы правы ничего, но некоторые думают совершенно иначе…Посмотрим что же выйдет из этого жгучего коктейля…
– Корделия! – яд так и сочился в ее словах, я только молча передернула плечами, но дальнейшие слова соседки заставили напрячься. – Ну где тебя опять носит, тебя уже как два часа к себе требует ректор.
Оу, попала. Отношение с ректором у нас почти сразу не заладились при поступлении два года назад. Ну подумаешь поднять умертвие у него под ногами, зачем же было так кричать? Я же не виновата, что у них на учебном полигоне полуразложившиеся трупы лежат.
Но ему ничего не оставалось как принять меня на обучение. Силы у меня хватало, а вот ума хватало только на шалости. Я росла трудным подростком и меня это нисколечко не тревожило. Да и каким будет ребенок, когда он круглый сирота? Мне был один годик, когда мои родители погибли, возвращаясь домой из поездки. Дядя, старший брат моего отца графа Октара, барон Снейл, от меня отказался и отдал меня в сиротинец имени Жюльены.
В сиротинце я прожила семнадцать лет и несмотря на мой взрывной характер, училась на отлично. Меня можно было похвалить и наказать почти сразу, не промахнешься. С девчонками я перестала дружить лет в пятнадцать, они меня резко стали сторониться, какое–то время я погоревала, но увы и ах я еще в детстве отучила себя на долго расстраиваться.
И вот прошло уже, как два года после моего поступления в Академию. Было сложно, сирот не любили, мы были полностью на попечении империи и получали повышенную стипендию не в зависимости от успеваемости.
Мне пришлось почти весь первый курс доказывать студентам и преподавателям, что я здесь не из–за того, что я сирота. Я вполне образованная молодая студентка.
И не виновата я, что после второго года обучения преподаватели по некромантии с содроганием произносят мое имя. Надо точнее излагаться, когда говорят подними скелет. Ну, подумаешь, подняла скелет давно почившего дракона. Да только у меня сила некромантии с перчинкой, ее может снять только наложивший, но ведь преподаватель мне не сказал, чтоб я сняла заклинание, когда пробегал от дракона мимо меня. В итоге мне надоело наблюдать за забегом моей группы, и я развеяла чары и отправилась в столовую. Ученье – свет, но обед по расписанию!
Скривившись от упоминания, что меня ждут в ректорате. Мне ничего не оставалось, как пойти и узнать, что же опять их не устроило? Ну, не могли же они вспомнить о взрыве зелья на уроке Зелье варения. И не моя вина в этом, просто я не нравлюсь Фелисии. Я заподозрила не ладное, когда зелье приняло грязно–бурый цвет, но было слишком поздно. Прозвучал взрыв, учительница успела кинуть щит на студентов, а вот я теперь щеголяю фиолетовой прической, и самое интересное, снять эффект от зелья не получается. Но и это еще не все, на моем столе лежал череп, он требовался на другой урок в виде пособия, так вот от теперь разговаривает и его глаза, и нос светятся зеленым светом.
Мой новый друг доводит до обморочного состояние девушек академии. А я что, мне хорошо, теперь меня достают меньше. Да и светильник он хороший, когда требуется походить в темных местах. Где? Да в склепе, например, интересно же.
– Проходи Корделия, – холодно прозвучало, когда робко открыла дверь. – Разговор есть, присаживайся! – я напряглась, ой не нравится мне это.
Усевшись на неудобный стул, больше напоминающий кресло для пыток, преданно уставилась на ректора и примерно сложила руки на коленях.
– Тебе выпала огромная честь показать, чего стоит наша академия, – ой не нравится мне начало. – Ты едешь по программе обмена студентами!
– Куда? – хрипло выдала я, ожидая подвох, и я не ошиблась.
– Академия Прикладной Некромантии, – гордо выпалил он, а я поперхнулась воздухом.
– Вы шутите? – пожалуйста–пожалуйста, пусть это будет шуткой. Неужели я такая неудачница?
– Нет, не шучу, – оказывается может.
– Там же обучается элита, – обреченно простонала я.
– Собирайся Корделия, завтра утром ты выезжаешь, – отрезал ректор.
– Но уже ведь прошло три месяца с начало учебного года, – предприняла я последнюю попытку.
– У них не сильно отличается программа от нашей, – пожал он плечами. – Все иди, мне некогда.
Я вышла на негнущихся ногах и поплелась в общежитие собирать свои скромные запасы одежды. А то с них станется запихнуть меня в карету без вещей.
Прилетела к себе я злая и в досаде саданула кулаком в стену. Зря вы так со мной, я уеду, но помнить вы меня будете долго. Я даже мечтательно улыбнусь.
– Корделия, что ты задумала, – к голосу моего черепка я уже привыкла и не вздрагиваю. Он был холодный, замогильный, мертвый.
– Ничего такого, – хохотнула я.
– Так я и поверил, – устало вздохнул череп, до сих пор не понимаю, как он умудряется это делать.
