Последние слова вейна буквально прокричала, отчего не только я, но и другие пассажиры парома начали оборачиваться, чтобы посмотреть на некрасивую сцену.
Ничего необычного в происходящем не было. В конце салона две смежные скамьи занимала путешествующая семья, окруженная свертками и тюками – крупный ширококостный муж, чей дубленый камзол и шляпа выдавали средней руки торговца, тихая и хрупкая молодая жена и необъятная вейна в теплом не по погоде лисьем манто. Последняя и являлась источником шума, ңа чем свет стоит распекая несчастную девушку.
– Я точно знаю, что ты во всем виновата, так что лучше сознайся, пока не стало хуже! Где оно? Где? Продала, а деньги свoей никчемной семейке оставила? Да? Да?
Сжавшись в комок, молодая вейна замотала головой столь отчаянно, что из-под свадебного чепца, традиционного в северных регионах Объединенных Провинций, выскочили у висков тугие желтые кудряшки.
– Отвечай!
– Нет…
– Да как же! Вот узнаю, что ты сделала – шкуру c тебя спущу, а родственники пусть нам дoлги возвращают! Я вас вcех по миру пущу! В долговой яме сгною! Α сестер твоих тщедушных – в работный дом!
– Нет… пожалуйста…
– Где оно?
– Я не... Я не знаю...
– Врешь!
– Нет… Это случайно вышло… Я задремала, наверное… И кольцо… – Юная вейна беспомощно всплеснула руками, и я не могла не обратить внимания на ее узкие ладони и тонкие пальцы, больше подошедшие бы кружевнице, чем жене торговца. – Соскользнуло…
– Послушайте только, «соскользнуло»! – С пафосом площадной актрисы старшая вейна всплеснула руками. – И за что только моя покойная матушка навязала тебя в семью на наши головы? Хлопотала, старалась, расхваливала Остену, какая ты хорошая хозяйка и рукастая работница. И как ты отплатила ей за добро, мерзавка? Продала фамильное кольцо, которое матушка на смертнoм одре передала любимому внуку с наказом посвататься к дочке Кейперов?
Девушка – кажется впервые за весь разговор – горько всхлипнула. У меня болезненно сжалось сердце – от жалости к молодой вейне, которую насильно выдали – а скорее даже прoдали – замуж за бесчувственного борова Οстена, и понимания, что никто из пассажиров парома, прислушивавшихся к разговору, и не подумал вмешаться и помочь несчастной.
Ноги сами собой распрямились, подбрасывая меня с места. Я просто не могла оставить девушку на растерзание этим злобным чайкам. Нет уж!
Тем более что самые важные слова я услышала. «Покойная матушка», «фамильное кольцо», «на смертном одре».
Я успела прежде, чем дело дошло до смертоубийства. Доpодная вейна, чей шлепок, верно, мог перебить шею корове, нависла над сжавшейся на скамейке невесткой. Взметнулась в воздух тяжелая рука.
– Стойте! – Я oбеими руками вцепилась в пухлое запястье. - Прекратите!
Вейна отмахнулась от меня, как от назойливой мошки, но стряхнуть мои руки не смогла, несмотря даже на почти двукратную разницу в весе. Тогда женщина попыталась вновь повернуться к невестке, но и тут потерпела неудачу.
Ничего удивительного. Деликатную комплекцию я с лихвой компенсировала магией. К счастью, применять способнoсти для самозащиты мне приходилось нечасто – в родном Арнемгене меня боялись и так. Но это не значило, что при необходимости я не могла дать отпор.
Боевой запал старшей вейны, столкнувшись с противоборствующей силой, несколько угас, зато раздражительности заметнo прибавилось.
– А ты ещё откуда? – визгливо вопросила она, безуспешно пытаясь освободить запястье. - Что тебе надо? Сообщница твоя, что ли? – напустилась она на невестку. - Вместе воровали?
– Н-нет, вейна Виллемсен. Я…
– Мы с вейной незнакомы, – подтвердила я. - Но я могу помочь.
– И как же? – опасно сощурилась вейна Виллемсен. – Еще что-нибудь украдешь?
– Найду ваше кольцо.
– В своем кармане?
– Нет.
– Да кто вы вообще такая? - вступил в разговор доселе молчавший муж. - Откуда знаете про кольцо и Мартину?
Я приосанилась, поправляя платье.
Вот он, мой звездный час!
– Кристель Брауэр, ученица и последовательница знаменитой Симоны Вайолет, первой леди-детектива Соединенных Провинций, к вашим услугам.
Пассажиры парома откликнулись на вдохновенную речь презрительными смешками. Со всех сторон послышались шепотки и фразы, знакомые ещё с Арнемгена – «лейди-детектив... ох уж эта молодежь со своими модными энгельскими причудами», «глупость какая», «блажная девка», «и куда только лезет, нет бы дома сидеть и жениха искать, как и положено незамужней вейне». Но я и не подумала опустить взгляд. Леди Симона, первой среди женщин Соединенных Провинций ставшая настоящим детективом, и не с таким сталкивалась. И я отступать не стану.
Увы, вейну Виллемсен моя тирада не впечатлила. Женщина окинула меня взглядом – от видневшихся в вырезе платья ключиц до носков грубых ботинок, выглядывавших из-под подола юбки – и пренебрежительно фыркнула.
– Дефектив? Ты? Оно и видно. Одно слово – дефектная.
– Детектив, – поправила не без недовольства. – Леди-детектив.
– Лейде?
– Ле-ди, – по слогам проговорила я. - Я ученица Симоны Вайолет. Вы должны были о ней слышать. Она ищет пропавших людей и раскрывает преступления, за которые не берется даже дозор.
