– Ты что же, меня специально сначала разозлил? – удивилась я. – Пять минут назад я еще могла сказать «я подумаю», но после твоего отказа поехать со мной на свадьбу мне хочется послать тебя вместе с Управлением примерно в те же дали, куда отправятся мои мертвые нервные клетки после визита к родственникам без мужа!
– Не специально, – возразил Ирга. – Я сразу говорил, что у меня есть плохие для тебя новости. Я прекрасно знаю, что бесплатно работать ты не любишь, отчеты составлять ненавидишь, и мог практически со стопроцентной уверенностью заявить, что ты откажешься работать на Управление. Однако я обещал с тобой поговорить, и это обещание выполнил. Моя совесть чиста.
– Ирга, – я вымучила из себя умоляющую улыбку, – пожалуйста, поехали с нами на свадьбу!
– У меня есть условие, – сказал некромант.
– Ола, ты была права, – заметил Отто, – это шантаж! На него поддаваться нельзя!
– И какое же условие? – спросила я, разглядывая стол в поисках посудины, которой удобнее всего швыряться.
– Ты никогда больше не будешь заниматься некромантией.
– Уточнение. Я никогда больше не буду заниматься практической некромантией, – сказала я. – Если такое условие тебе подходит, то я согласна.
– Я бы все-таки настаивал на формулировке «некромантия», без уточнения.
– Тогда Управление никогда в жизни не получит мой отчет. Ведь для его составления мне придется прибегнуть к знаниям в некромантии в том числе, – уточнила я, потихоньку начиная торжествовать. – Ради поездки на свадьбу я буду свято блюсти наши договоренности.
Ирга помрачнел.
Что, не ожидал? Думал, я устрою скандал, истерику, а потом соглашусь на любые условия? Ну уж нет, дорогой бывший муж! Я изменилась, и с новой, улучшенной версией Олы тебе придется смириться!
– Ладно, – нехотя ответил он. – Ты не будешь заниматься практической некромантией, и я еду с тобой на свадьбу.
– И никому из софипильцев не рассказываешь, что мы в разводе.
– И никому не рассказываю, – вздохнул Ирга.
В присутствии, как и положено, двух свидетелей, мы пожали друг другу руки, после чего Ирга ушел, не забыв прихватить два куска пирога.
– Я думал, ты его блюдом по голове огреешь, – сказал Отто.
– Еще успеется, – отмахнулась я. – Еще успеется. Принеси мне, пожалуйста, бумаги и чертежные принадлежности.
– Тебе нельзя заниматься магией, – Лира присела на стул рядом со мной. Во время нашего разговора она тихонько занималась готовкой, совершенно не мешая. Целители – они такие, лучше жрецов и психологов понимают, когда нужно затаиться, чтобы не попасть под горячую руку.
– Я помню, – заверила я подругу. – Однако хочу написать и начертить все, что помню, пока не забыла. Отто, ты должен будешь продать эти данные как можно дороже! А, если явятся с Управления, не пускай их на порог!
– Конечно, – расплылся в улыбке полугном, прикидывая, сколько пользы можно будет выжать из этой ситуации. Деньгами Управления расходы на подарки он точно покроет!
– Представляю скандал, который закатила Ларии мама! Даже жаль, что я при этом не присутствовала!
– Жаль мне девочку, – вздохнула Лира.
– Какая она девочка, школу закончила! – отмахнулась я. – Мне вот интересно – зачем? Неужели пример Дарии оказался таким заразительным? Я, когда с ней встречаюсь, чуть не седею от ужаса. Молодые матери меня пугают больше, чем зомби. От тех хоть боевым заклинанием отмахнуться можно.
– Съезди и узнай, – предложил Отто. – Все равно работать тебе нельзя.
– Ну не-ет!!! Ты представляешь, что там сейчас творится? Все в поте лица бегают, готовятся, и тут я такая, новая жертва на строгание салатиков или украшение забора! Я лучше буду чертить и думать над ритуалом, думать и чертить!
Днем к нам приходили из Управления магии, но Отто даже не пустил чиновников в дом. Лира убежала на дежурство в Дом Исцеления, и Отто заявил пришедшим магам, что не может позволить мне волноваться, ведь мое хрупкое здоровье и так подорвано ужасными событиями последних дней!
Вечером к нам постучался Беф. Сверхъестественное чутье Наставника привело его как раз тогда, когда мы поели, и, полностью довольные жизнью, рассматривали ту схему, которую я начертила.
– Что вы планируете делать с ямой посреди двора? – спросил Беф, выгружая на стол содержимое большой сумки – пирожные, шоколадки и копченые колбаски.
– Клумбу! – Я косилась на подношения с подозрением. Добрый и щедрый Наставник меня пугал.
– Нет, мы не будем делать там клумбу! – запротестовал Отто. – Этот кошмар мне уже скоро снится начнет!
– Какой именно? – заинтересовался Беф.
– Ола, оплакивающая очередную неудачную попытку что-то вырастить!
– Ничего я не оплакивала! – возмутилась я такому наглому поклепу.
– Да, ты только орала, топала ногами и швырялась в собак Живко заготовками артефактов!
– Ну… да, – пригорюнилась я. Сейчас свою скорбь по клумбе даже излить не на кого! Не кидаться же в Ирронто-старшего! Он и так, бедняга, в Доме Исцеления.
