Что оно значило для Блэка мне известно не было. В те годы я предпочитал не совать нос в прошлое мага, являвшегося моим сюзереном. Он отвечал мне тем же и не задавал неприятных вопросов. Это потом наши отношения перешли в разряд дружеских, но времени и возможности для задушевных бесед так и не появилось. Однако, сие выражение как нельзя лучше подходило к тому, что ожидало станцию «Черная Жемчужина».
Да, пытаться отвечать на каждый плевок могущественных персон — верный путь к смерти. Однако, не в этом случае. Магистры прекрасно понимали, что не правы, когда указали мне на выход. Они знали о купленных мною офисах и ангаре, о потраченных на врастание в местное общество годах и усилиях, но… Им было плевать. Девис и Зиггер решили, что для них дешевле и проще выставить меня со станции, дабы не повторились бои в коридорах их вотчины. Магистры забылись. Они не учли, что даже слабый маг, подгадав нужный момент и найдя слабое место, может причинить крайне много бед.
Сейчас мне очень далеко до могущества и опыта этой парочки. Даже Норман для меня не по зубам. Однако, это касается открытой схватки. Зато диверсии… Я очень способный ученик, а Джулия была достойным учителем, хоть и нежитью. Её жестокую науку выжимания и диверсия мне удалось усвоить на приличном уровне. Теперь магистры, позволившие себе плюнуть мне в лицо, пусть и фигурально, расплатятся за это.
Я прекрасно понимал, что мой артефакт не сможет убить их. Как не получится полностью уничтожить «Черную Жемчужину». Однако, моё творение в состоянии серьёзно испортить им репутацию и нанести такой вред бизнесу, что их вотчина очень долго не сможет отмыться от позора. Гибель громадного числа совершенно не причастных к решению Девиса и Зиггера разумных меня уже не волновала. Большинство обитателей «Черной Жемчужины» были ещё тем дерьмом. А меньшинство… Судьба пленников, попавших на эту станцию, незавидна. Чаще всего, она куда хуже смерти.
Полторы недели полета к системе Тальян были заняты более чем продуктивной работой. Я и Майерс изготавливали второй артефакт-симулятор. Первый было решено оставить на нашей станции, чтобы у Алииги и Лурна было полезное занятие. Я даже не поскупился и внёс в их экземпляр артефакта собственный опыт и те знания, что получил стараниями Джулии, включая «карты», которые когда-то проходили я и Грегори по руководством вампирши, а так же данные Хогсмита в период между нашим бегством с Земли и ядерными ударами, лабиринт с последнего испытания Турнира Трех Волшебников, благо оный потом имелся в симуляциях Блэковского комплекса. Последние две «карты» Афарис и Фрау опробовали ещё до нашего отлета и остались под большим впечатлением. Особенно, если учесть, что им пришлось действовать там в экипировке, аналогичной защитному костюму невыразимцев и с памятными MP5SD6.
Риина, к слову, тоже вкусила этого опыта, после чего стала смотреть на меня уже иначе. От комментариев алари воздержалась, но ошарашенный взгляд, которым она меня одарила, вернувшись в реальный мир, говорил об очень многом. По всей видимости, Глару считала обитателей Земли дикарями, живущими в пещерах. Никак иначе объяснить её удивление я не мог.
Собственно, на создание второго комплекса артефакта-симулятора меня сподвигла мысль о том, что рано или поздно у нас будет достаточно много как бойцов, так и членов экипажей. И лучше озаботиться средствами обучения сразу, чем потом решать этот вопрос в авральном режиме.
Между тем, я и Филипп работали не одни. Периодически к нам присоединялись Риина и Роберт. Последний, впрочем, скорее учился, чем помогал, поскольку имел диплом подмастерья артефакторики и очень многие вещи попросту не понимал. В идеале, можно было и имперский производственный комплекс использовать для этих целей, но он тоже остался на нашей станции. Там мы создали лишь самые сложные узлы, изготовить которые собственными силами н могли в принципе. А остальное делалось уже на борту «Протеуса».
Когда же артефакт оказался завершен, а в него были загружены копии всего того, что уже имелось в его первом собрате, Филипп, Риина и Роберт едва не взвыли. Участие в симуляциях, контролируемых мною, вызвало у моих товарищей и подчинённых не самые приятные эмоции и чувства. Несмотря на их богатый жизненный опыт, маги не ожидали столь жестоких и жестких условий, в которые я их загонял. Ситуация стала особенно пикантной, когда мне на ум пришла идея добавить ещё данных и карт, используя для этого собственные воспоминания об Алкарских Топях и столице Подгорного Царства, в которой мне довелось не просто побывать, а ещё и тесно пообщаться со множеством танар’ри.
— Ты садист, — покачал головой Филипп после очередного сеанса симуляции, — Нет добавил маг, подумав, — Если тебе удалось там выжить, значит ты чудовище. Нормальные разумные из такого дерьма не могут выбраться.
— Ты будешь удивлен, — фыркнул я, — В Проклятых топях даже жили. И люди, и урук-хай, и эльдар, и дворфы… Имели поселки, наблюдательные посты…
