Неласковый отбор для Золушки полностью

— А моя судьба — секрет?

— Для всех, кроме меня. Никто не должен знать, кто ты и откуда.

— Потому что вы вернете меня домой, да? Поэтому и не хотите баламутить Веравин?

Спрашивая, пристально смотрела ему в глаза. Он и не моргнул.

— Поэтому и не хочу. У тебя еще остались вопросы, Юлия? Или мы можем отправляться?

— Можем. Если вопросы назреют, я ведь смогу задать их по дороге. Смогу ведь? Или мне придется молчать? Мы же должны пройти через весь дворец…

Элган рассмеялся:

— Не должны, не переживай! Твоя тайна останется нераскрытой.

Он шагнул к окну и распахнул ставни. Снизу взметнулся маленький… автомобиль? Флаер? НЛО? Я не знала, как обозвать это чудо техники, маячившее за окном на высоте четырех этажей.

Элган вытянул руку в окно, раскрыл дверцу, поманил меня пальцем. Когда я приблизилась, взял меня под локоть. Твердо, но бережно направил к окну.

От его прикосновения я задрожала всем телом. Будто меня коснулся лапой снежный барс. Ласково, мягко… Но ни на миг нельзя забывать, что это не домашний котик, а хищник, готовый в одну секунду растерзать в клочья.

— Добро пожаловать в мой селаир, леди Юлия.

Во дворец я прилетела из замка Вальдеров на огромном трехъярусном «аэробусе». Думала, селаир — это непременно такое громоздкое транспортное средство. Этот же напоминал малолитражный автомобиль. В нем располагался лишь один диванчик, на котором поместились бы два человека.

Крепко держа за руку, Элган направил меня внутрь. Я села и продвинулась дальше, освобождая ему место. Он шагнул внутрь вслед за мной. Уселся. И потом я раскрыла рот, глядя, как оконные ставни и дверца нашего «флаера» захлопываются сами собой.

А, ну да. Он же его чародейшество. Может ручками, а может импульсом головного мозга. Или откуда у веравинцев магия появляется.

Наверно, по той же причине в селаире не было ни руля, ни педалей, ни консоли. Он бесшумно двинулся вперед. Я выглянула в окно — увидеть с высоты дворец наместника.

Даже на удалении он казался громадным и внушительным. Причудливые цвета, очертания балконов и выступов вновь напомнили мне Дворец каталонской музыки в Барселоне.

Я перевела взгляд вперед. Далеко на горизонте простирался горный массив.

— Мы долетим туда? — спросила я Элгана, указывая на горы.

Прежде чем ответить, он внимательно посмотрел на меня.

— А ты хотела бы?

— Да… я люблю горы.

Он улыбнулся. Не своей издевательской усмешкой, а простой человеческой улыбкой… неожиданно радостной.

— Я тоже. Как раз туда мы и летим.

— Ух ты, здорово! А вы не собираетесь сбросить меня в какое-нибудь ущелье? Избавиться от ненужной попаданки?

Его улыбка стала шире. А в глазах вспыхнули отголоски внутреннего вулкана. Которые я уже видела, когда пела…

— Ты нужна, Юлия. Даже не представляешь насколько.

Он не дотронулся до меня при этих словах. Нас разделяло всего несколько сантиметров. И мне померещилось, как будто что-то невидимое проползает эти сантиметры и обволакивает меня, погружая в тягучую истому.

Я встряхнула головой, сбрасывая наваждение. Колдует опять, гаденыш. Как пить дать, воздействует своей магией. Не ведись, Чередник. Ты же землянка. Раз с тобой твой верный лазер, никому тебя не сглазить.

Паршивец наблюдал за мной снисходительно и вдруг расхохотался:

— Какая ты забавная, когда воображаешь, что я пытаюсь очаровать тебя магией!

Ах, это я забавная? А сам-то!

— Можно подумать, вы не пытаетесь!

— Сейчас — нет. Просто… ты красивая женщина. Мужчине трудно оставаться равнодушным рядом с тобой. Это не колдовство. Или те чары, которые есть у любой привлекательной женщины…

Даже так? Чары привлекательной женщины?

— Да вы мастер переводить стрелки, ваше чародейшество!

Элган нахмурил переносицу.

— Переводить стрелки?

— Так говорят на моей родине. А еще — перекладывать с больной головы на здоровую. Вы так говорите о женских чарах, будто это я вами манипулирую, а не наоборот.

Снова усмехнулся.

— Вот сейчас ты точно этим занимаешься! Перекладываешь с больной головы на здоровую, как вы, женщины, это любите.

— Что вы, ваше чародейшество! — пропела приторно. — Этому нам у мужчин еще учиться и учиться! И все равно до смерти не овладеть этим искусством!

Улыбка сползла с его лица.

— В твоем мире это действительно так? Мужчины не берут на себя ответственность, перекладывают на женщин?

«А в вашем иначе?» — хотелось горько съязвить. Не заметила я сильных отличий мужчин Веравина от земных. Думаю, и с ответственностью у них примерно одинаково.

Но все же справедливости ради грести под одну гребенку я не стала.

— Смотря какие мужчины. Но в целом в моем мире сейчас никто не любит брать на себя ответственность. Что мужчины, что женщины. Бывают исключения… Но их, увы, не так много.

— Мне жаль. Ты уверена, что хочешь туда вернуться?

— А что вы предложите взамен? Стать вашей личной певицей? Возьмете за меня ответственность? Простите, ваше чародейшество, не прельщает. На Земле я была свободной и независимой. Привыкла за все отвечать и платить сама. И менять свободу на золотую клетку не хочу.