— Ну ты даешь. Россия — это страна, в который ты находишься. Можно сказать, соседствующая с Тибетом. Как можно жить рядом и никогда не слышать?..
— Я никогда не покидал своего монастыря.
— И в монастыре никто и никогда не упоминал про Россию? Про одну из самых больших стран в мире? Знаешь, мне даже обидно как–то.
Надо бы остановиться, мелькнула мысль, отрицание всего — слишком подозрительно. Придется рискнуть.
— Ах, я просто не сообразил. Упоминали, конечно, просто на моем родном языке она немного иначе звучит. Я же твой язык еще не очень хорошо знаю, — извиняющимся тоном сказал Тирр.
Марго хлопнула себя по лбу:
— Верно. Я же совсем забыла, что на других языках Россия звучит как Румыния!
— А, Румыния, ну так бы сразу и сказала, — улыбнулся маг, радуясь, что угадал, — естественно, слыхал частенько про то, насколько она обширна.
Конечно, это был риск, предположить, что на других языках этого мира название страны звучит по–разному. Однако и в этот раз ему повезло, кинул камнем во тьму, попал в свирфнеблина, как говорится.
— Так ты, значит, ночью выходишь из дому? А днем спишь? — сменила тему Марго.
— Пока да. Когда моя странная болезнь пройдет, буду как все.
— Надеюсь на это. В общем, Теодор, у меня сессия на носу, ты, правда, не знаешь, что это, но мне все равно надо готовиться. Извини за недоразумение с охраной — я действительно очень рада с тобой познакомиться. Скомкано все вышло, но, думаю, мы это исправим в другой раз?
— Конечно, — улыбнулся Тирр, — а как мы встретимся в следующий раз?
— Может, я тебе позвоню? Обычно я предпочитаю, чтобы парни звонили мне, но опасаюсь, что ты не умеешь. У тебя телефон вообще есть?
— Если ты про такую маленькую штуку, которая передавала твои слова отцу — то нет.
— Ах, так ты подслушивал? — улыбнулась Марго.
— Я не подслушивал, — с достоинством возразил маг, — я услышал. У меня еще и уши чувствительные. Ты говорила так громко, что я не смог не услышать.
— Ничего страшного. Иди сюда, я покажу тебе телефон.
Она подвела его к входной двери и показала на тот самый предмет, с вьющейся в виде пружины проволокой, выходящей из него и в него же уходящей.
— Смотри. Вот телефон. Вот это трубка. Прикладываешь ее к уху, а вот сюда говоришь. Гляди, как я это делаю.
Марго левой рукой прижала трубку, которая оказалась на практике согнутым параллелепипедом, проволокой привязанным к основной части двеомера, к уху, правой стала нажимать на квадратные выступы на самом телефоне. Каждое сопровождалось писком разной тональности.
— Алло, Лиль? Это я. Марго! Да просто я от парня звоню. Потом расскажу. Слушай, скажи мне номер телефона, с которого я звоню.
Она достала из кармана свой телефон, маленький и без трубки, и стала нажимать на него тоже.
— Ага, есть. Да, я приеду скоро. Пока.
Девушка положила трубку на телефон и повернулась к Тирру.
— Теперь смотри. Я сейчас позвоню тебе со своего телефона.
— Зачем? Мы же рядом находимся.
— Чтобы ты понял, как это делается. Когда я начну звонить, твой телефон подаст звуковой сигнал. Как только ты поднимешь трубку, начнется разговор. Когда мы закончим говорить, просто кладешь трубку назад. Смотри.
Она извлекла из своего двеомера серию писков и приложила к уху. В тот же момент устройство у двери издало резкую громкую трель. Тирр поднял трубку.
— Вот. Слышишь меня в телефоне?
— Да. И там, и тут. А чтобы я… позвонил тебе, что я должен делать?
— Положи трубку. Так, теперь гляди. Ты снимаешь ее левой рукой, правой начинаешь нажимать на кнопки. Следи за рукой. А лучше — запиши.
— Я не умею писать, — признался маг, — точнее, умею, но не эти значки. Скоро научусь. Просто покажи мне, а я запомню.
— Уверен?
Тирр кивнул, подавив желание заявить, что знает назубок несоизмеримо более сложные ритуалы, нежели несколько раз нажать на определенные места.
— Ну ладно. Тогда — до встречи, Теодор из монастыря, — хихикнула Марго.
Она вернулась в комнату, надела свои сапожки и куртку, подошла к двери и потянула за ручку. Дверь не шелохнулась.
Маг молча стер взглядом защитные руны, протянул руку и нажал на ручку.
— Далеко тебе до дома?
— Не беспокойся. Вот моя охрана на машине, они меня отвезут. Я тебе позвоню.
Девушка махнула ему рукой на прощание и упорхнула. Тирр постоял еще минуту, щурясь на солнце и слушая ее гневные слова, обращенные к телохранителям, потом вернулся в дом, восстановил руны на двери и пошел на кухню. Достал банку пива, зашел в комнату, расшнуровал сапоги и сел в кресло, вытянув ноги. Пиво горькое и невкусное, но другого пока что нет, придется привыкать. После сегодняшнего успеха можно и выпить.
