— О, это нечто. Ночью обнесли продовольственный магазин. Я не стану рассказывать, как там сигнализация срабатывала три раза, пока не сгорела, и как там парни из отряда быстрого реагирования перепугались из–за сгоревших пробок. Это все ерунда. Дело в том, что когда сигнализация накрылась, вор, которого так и не нашли, все же доделал свое дело… Вот тут и начинается веселье. Украдено не очень много съестного — пирожные, конфеты, мясные изделия, немного готовых блюд — ну, зашел человек себе покушать взять. И бутылка вина. Так вот. Вор, перед тем, как что–то воровать, пробовал все. Как в том анекдоте — украл мало, но понадкусывал, что смог.
Лиля захихикала, Сергей заметил:
— Пальчиков оставил немерено?
— Нет, пальчиков нету вовсе. Слушайте дальше. Вино вор выбрал не абы какое — а хорошее. За тысячу рублей с чем–то. Ну, «хорошее$1 — понятие относительное, кто пьет напитки по тысяче баксей за бутылку, а кто и за триста рублей. Но — вы поняли, вор взял не чернила, а приличный напиток. А теперь — внимание. Начинается самое смешное. Дело в том, что он совершенно не разбирается в винах. Не отличает хорошее от плохого по этикетке.
— Ты хочешь сказать, что вор…
Кирилл кивнул, ухмыляясь от уха до уха:
— Там в винно–водочном отделе — наименований под восемьдесят, цены — от четырех сотен до двух тысяч. Вор попробовал каждое. Откупорил и сделал маленький глоточек из каждой бутылки. Ты можешь себе такое представить? Из каждой.
Лиля каталась по дивану, дрыгая ногами, у Сергея на глазах выступили слезы — смеяться было больно.
— Это тебе не понадкусывать, бутылка хорошего вина — не пирожок надкушенный, а дороже в десятки раз, — добавил Кирилл.
— А деньги?
— Денег в кассе не было — но к ней и не прикасались. Вор пришел исключительно с гастрономическими целями и вел себя крайне аккуратно. Каждую бутылку закрыл пробкой и поставил на место. Но, как вы понимаете, продать откупоренную бутылку уже не получится. Убытки только по винной части составили около шестидесяти–семидесяти тысяч.
Лиля, утерев выступившие от искреннего смеха слезы, хихикнула:
— Культурные же воры пошли. Перепробовать все вина — это сколько времени надо?
— А он явно никуда не торопился. Кстати, Ефимов заметил, что его сын, когда приглашал в гости девушку, накрыл стол примерно со схожим меню. Сладости, деликатесы, легкое вино.
— Как романтично, — вздохнула Лиля, — ограбить магазин, чтобы пригласить на свидание девушку… Сергей, тебе непременно стоит об этом подумать.
— Я, между прочим, могу себе это позволить без воровства, — обиделся Морин.
— Это не романтично!
— Жизнь, она такая, — вздохнул Кирилл, — готовить яичницу с томатами тоже не романтично, но делать–то приходится?
— Ну ладно, — согласилась Лиля, направляясь на кухню, — будет вам яичница. Хи–хи… все бутылки…
Как только подруга вышла из комнаты, Сергей уселся на диван напротив друга:
— Вор, получается, профессионал, залезающий в гастрономы как в свой холодильник?
Меньшов покачал головой:
— Сергей, я тебе вот что скажу. Почерк фантастически неправдоподобный. Влезть в магазин за продуктами и не поинтересоваться кассой? Но дело в том, что это в общем–то фигня. Совершено еще два преступления, не влезающих ни в какие рамки.
Тот откинулся на спинку дивана:
— Даже не знаю, чего еще ожидать.
— И правильно — потому что не угадал бы все равно. Вечером, незадолго до описанного только что обноса с дегустацией, в другом продуктовом магазине сгорели, друг за другом, три считывателя в разных отделах.
— Что это?
— Прибор, проверяющий деньги. Ты их каждый день видишь в кассах. И в двух отделах преступник купил продукты и вино в сумме на тысячу шестьсот рублей. Расплатившись фантиками от конфет.
Сергей потер рукой ноющие ребра и недоверчиво уставился на друга, словно стараясь просветить его взглядом.
— Ты не смотри на меня так, Серега. Не вру. Две разные продавщицы. Три сгоревших считывателя.
— Сговор в самом магазине? Но за тысячу шестьсот…
— Верно мыслишь, дружище, овчинка выделки не стоит. Потому что утром произошло то же самое — в супермаркете, отдел стильной одежды. Там — шесть сгоревших считывателей. И шесть покупок, за которые уплачено фантиками. Точно такими же фантиками, как в продуктовом. Шестьдесят тысяч рублей. И в довесок — вышедшая из строя система видеонаблюдения. Неизвестным образом выведены из строя все камеры наблюдения, которые могли запечатлеть момент передачи из рук в руки фантиков.
— Быть такого не может. Фантастика прямо.
— Петр Никифорович то же самое сказал. Слово в слово, не считая добавленной после конструкции в три этажа. Однако печальный факт в том, что версия сговора восьми продавщиц двух магазинов и выход из строя девяти считывателей и шести камер наблюдения, причем самих по себе, тоже фантастика.
— Ты предлагаешь возбудить дело против инопланетянина, гипнозом взламывающего мозги землян и своим супер–пупер–электроимпульсным бластером сжигающего электронику? — с неприкрытым сарказмом осведомился Сергей.
