– Смотрите, как вам будет удобно, – согласилась она и улыбнулась. – Спасибо, что пришли.
Мы распрощались с Машей и отправились домой.
«Вот ещё один лабиринт судьбы. Красивая и эрудированная молодая женщина. А так в жизни не повезло», – думала я про Олю. Или судьбы нас выбирают, или мы их. Неизвестно…
Прошёл месяц.
Я уже сняла с себя в раздевалке рабочий халат и направилась в душевую, чтобы ополоснуться после жаркого и тяжелого дня, когда в сумке затрезвонил мой мобильный.
– Светка, привет! Ты занята?
– Кто говорит?
– О, ты чего? Не узнала меня? Ну, быть мне богатой. Хотя куда уж богаче, – раздался знакомый смех в сотовом.
– Машка, это ты? – переспросила я.
– Ну а кто? Пушкин, что ли?
– А что у тебя с голосом? Еле говоришь.
– У меня спину заклинило, лежу, встать не могу. Стоит пошевелиться, сразу будто током стреляет.
– О боже! А как это тебя угораздило?
– Да протянуло, видно. Я купила массажные лосины для похудения и тренировалась в них. Наверное, вспотела и потом пошла в туалет, а окно было открыто. Вот, видно, и протянуло меня. Кожа-то на пояснице разгоряченная, а воздух вечерний, прохладный с улицы задувал.
– Не повезло тебе. Мне очень жаль. Так ты лежишь и не встаёшь?
– Если и встаю, то с очень большим трудом. Но ходить не могу. Мне очень больно. Благо, Оля сегодня принесла мне продукты. На пару дней мне хватит. Я чё хотела у тебя спросить. Ты уколы делать умеешь?
– Да, умею. Помню, дочурка болела бронхитом, и я ей делала уколы с антибиотиками.
– Светуль, приезжай ко мне, если сможешь. Сделай и мне, а? Мне Оля принесла ампулы с обезболивающим. А укол некому поставить. Спасай подругу.
– Конечно, приеду. Буду спасать «боевую» подругу. В четыре я у тебя. Договорились?
– Спасибо, Светуль. Я буду тебя ждать. Цёмочки, моя котя.
Я переоделась после принятия душа, отчиталась, как всегда, перед шефом о завершении работы и направилась к выходу из отеля. Заехала за дочуркой в садик и помчалась к Маше.
– Заходи, – Маша с растрёпанными волосами и скрюченная в три погибели открыла мне дверь.
Одетая в велюровый леопардовой расцветки халат Маша, опираясь на мебель, дошла до своей кровати.
– Ну, подруга, тебя и в самом деле прихватило! – посочувствовала я ей.
– Да не говори. Ай-ай-ай, – Маша потихонечку села на кровать. – Светуль, там ампулы на столе в гостиной и в кухонном ящике шприцы. Ты уж прости меня за беспокойство, но мне очень плохо. А идти к врачу я просто не смогу. Мне даже пошевелиться больно.
По болезненному виду Маши было нетрудно догадаться, что она серьёзно приболела. Моя дочь также с сочувствием смотрела на Машу.
– Не волнуйся, сейчас я всё сделаю.
Я отправилась на кухню и, набрав в шприц «Вольтарен» и «Мускорил», пришла в комнату, где меня ждала Маша.
– Машуль, а спирт у тебя имеется? И где вата?
– Ой, да ты права. Я не предусмотрела. Открой кухонный ящик. Там бутылка водки стоит. А вата в ванной на полочке.
– Хорошо, ты пока подготовься. Повернись на животик потихонечку. Не сможешь сама, я тебе помогу.
– Постараюсь, ай! – снова вскрикнула Маша, пытаясь сделать движение.
– Тётя Маша! У вас спинка болит? – поинтересовалась моя дочь.
– Да, ласточка, – ответила Маша, морщась от боли.
– Мне очень жаль, – погладила Алессия Машу по руке.
– Ну что подруга, ты готова? – подошла я с кусочком ваты, пропитанным водкой.
– Да, как видишь. Только я жутко боюсь уколов, – зажмурилась она.
Я протёрла Машину филейную часть довольно-таки красивой формы и хлопком руки сделала ей инъекцию.
– Всё, дорогая моя синьора. Жить будете, – иронично произнесла я.
– Ты уже? – удивилась Маша.
– Ну да. А ты что, и не заметила?
– Нет. Ну ты даёшь! Золотые ручки у тебя. Ну спасибочки.
– Не за что. Машуль, может, я разотру тебя? Вижу, у тебя и мазь есть. И ты как раз на животике пока лежишь.
– Ну, если тебе не тяжело, тогда разотри. Я буду только рада. Только прошу тебя: осторожно. Договорились?
– Конечно.
Я помогла Маше снять халат и нанесла мазь «Диклофенак» на её поясницу. Затем лёгкими круговыми движениями начала втирать в её спину и ягодицы.
– М-м-м, балдёжь такой. Мне так нравится, как ты меня разминаешь. Обожаю массажи, – промурлыкала Маша.
– Не больно тебе? – я слегка надавила пальцами ей на крестец.
– Здесь немного болит. А так кайф.
Я помассажировала Машу, заметив про себя, что у неё великолепное тело и кожа. Не зря несколько лет назад её нахваливала Арина, говорила, что у неё отбоя не было от клиентов.
– Сейчас я тебя накрою чем-нибудь тёплым. А вот как раз есть плед, – увидела я на тумбе тёплое одеяло.
Старательно накрыв им Машу, я присела рядом.
– Машута, приготовить тебе чего-нибудь покушать? Что-нибудь горяченькое хочешь?
– Ну, если вы с Алеськой мне составите компанию, тогда буду. А если нет, тогда для меня одной готовить не нужно.
– Да, мамочка! Хочу поужинать вместе с тётей Машей! – захлопала в ладошки моя дочь. – Ты же видишь, что ей плохо.
С недавних пор Алессия очень полюбила Машу за её добродушие и, разумеется, как и каждый ребёнок, за гостинцы и подарочки. А уж Машка была щедра на сюрпризики.
