Я кивнула, дождалась, пока он сядет в кресло напротив, и спросила:
— Ваша светлость, я хотела бы знать, на каком основании король Неддар передал наш лен кому-то еще…
Грасс взъерошил свои волосы и с мукой во взгляде уставился в пол:
— Не самая приятная тема для разговора…
— Я должна это знать! — упрямо повторила я.
— Хорошо, как скажешь… — он сгорбил плечи, собрался с духом и, продолжая смотреть в пол, еле слышно сказал: — Твой отец оказался одним из глав неудавшегося мятежа…
— Что?! — перебила его я. — Кем он был?
Рендалл сгорбил плечи и угрюмо вздохнул:
— Одним из глав мятежа… Сторонником графа Иора Варлана…
— Бред!!! — воскликнула я. — Этого не может быть!!!
— Факты — упрямая вещь…
— Факты? Какие, к Двуликому, факты? Его смерть от арбалетных болтов по дороге в Аверон? Или гибе…
— Признания одного из ближайших помощников графа Иора Варлана… — не дав мне договорить, вздохнул он. — Я присутствовал при допросе…
— Все равно бред!!!
— Я понимаю, что тебе трудно в это поверить, но это правда. Хоть и неприятная…
— Ваша светлость, это не может быть правдой!!! — воскликнула я, заглянула в его глаза и… отшатнулась: он БЫЛ УВЕРЕН в том, что говорил!
— Увы, может: у заговоров — свои законы, и те, кто вступают на эту стезю, крайне редко посвящают близких в свои планы…
Я смахнула со щеки непрошенную слезу, вспомнила взгляд отца в тот момент, когда он сообщил мне о том, что едет в Аверон, и замотала головой:
— Нет!!! Не может такого быть! Папа сорвался из дому, чтобы помочь королю Шаграту!!!
— Дочка, ну откуда ты это можешь знать?
Откуда? Да я чувствовала! Только вот мои чувства не могли служить аргументом, поэтому я сжала кулаки, закусила губу и угрюмо уставилась в пол.
Рендалл пододвинулся поближе и ласково провел ладонью по моей голове:
— Прости…
«Папа — один из глав мятежа?» — мысленно повторила я и подпрыгнула: — Ваша светлость! Я могу доказать, что это оговор: если бы отец действительно был одним из глав мятежа, то он доехал бы до Аверона беспрепятственно, наш замок не взяли бы оранжевые, а мама с Володом остались бы живы…
— Повтори, что ты сейчас сказала? — подавшись вперед, потребовал Грасс. — Про замок и маму с Володом…
— В ночь с пятого на шестой день четвертой десятины второго лиственя люди графа Иора Варлана захватили Атерн, зарубили Волода, а маму ссильничали и, скорее всего, тоже… убили… — не обращая внимания на слезы, текущие по лицу, повторила я. Потом всхлипнула и добавила: — Если отец был одним из глав, то этого бы НЕ ПРОИЗОШЛО!
— Я об этом не знал… — вскочив с места, пробормотал Рендалл, метнулся к столу, выдернул из него ящик и принялся рыться в свитках. — Так… Где же он… Да где же, забери его Двуликий?! А, вот!!!
Я вытерла слезы рукавом и превратилась в слух.
— Хм… Странно… Судя по донесениям городского главы, в Атерне оранжевые ничем особенным себя не проявили…
— В городе или в замке? — уточнила я.
— В городе…
— А что им там было делать? Они взяли замок!!!
— Так! Чтобы разобраться, мне потребуется дня два или, может, три… — воскликнул граф, потом с ненавистью уставился на кучу свитков, валяющихся на столе, и скрипнул зубами. — Нет, пожалуй, в два-три дня я не уложусь: королевство — на грани большой войны…
Я сглотнула подступивший к горлу комок и пожала плечами:
— Хорошо… Я подожду… Главное — чтобы вы разобрались…
Грасс подошел ко мне, присел на корточки и заглянул мне в глаза:
— Я сделаю все, что должен. Обещаю! И… король Неддар пережил это… известие ничуть не легче, чем я. Поверь, он будет счастлив вернуть твоему роду доброе имя…
…К часу быка от меня начали шарахаться даже белые — увидев выражение моего лица, пожилой и порядком потрепанный жизнью толстяк, прибывший к постоялому двору в карете без гербов, торопливо задвинул занавески и приказал кучеру везти его в «Клинок Бури». А троица безземельных дворян, выбравшаяся из таверны, чтобы сходить до ветру, вернулась обратно — видимо, решила потерпеть. Или выйти на улицу через заднюю дверь.
В принципе, их можно было понять — слуга Бога-Отступника метался по двору, как снежный барс по клетке, ненадолго замирая то у одного, то у другого забора. Естественно, не выпуская из рук посоха. И до рези в глазах вглядывался в ночную тьму. Видимо, выискивая очередную жертву.
Жертва — то есть экипаж, который отвез леди Мэйнарию во дворец — все не появлялась. И это все сильнее и сильнее портило мне настроение…
…«Подожду еще час и пойду навстречу…» — в какой-то момент решил я и скрипнул зубами: к дворцу можно было проехать и по улице Медников, и по Сапожной. А при большом желании — еще и по Цветочной, которая была вдвое шире первых двух. И на которой никогда не ездили телеги…
… Минут через двадцать я понял, что больше ждать не в состоянии, вылетел за ворота, зашагал вверх по Медников и почти сразу же услышал еле слышный перестук копыт. Конечно же, с Цветочной.
