С этими словами женщина сходила в другую комнату и вернулась с настенным календарем. Тыкая пальцем по датам, она произносила вслух:
— Сегодня двадцать четвертого августа, воскресенье. В тот день я возвращалась с работы на автобусе… Маршрут автобуса третий… Они сели… Где они сели-то? Не помню, не обратила внимания, но где-то в середине маршрута, поскольку на конечной остановке их точно не было. Был рабочий день… рабочий день, а накануне мы ездили в лес за красной смородиной… Там я еще подвернула ногу, а на следующий день вечером после работы кое-как доплелась до остановки… Алексей, когда мы ездили в лес? В субботу или воскресенье?
Алексей в задумчивости обратил свой взор в потолок, ощупью нашел на столе бутылку, крякнул и разлил водку по второму кругу. Опрокинув рюмку, он от рук жены взял календарь, долго изучал его, что-то бормоча себе под нос, а затем уверенно заявил:
— Это было воскресенье, двадцатого июля.
— Ты уверен? — спросил его Смирный, чувствуя, как его захватывает тревожное состояние.
— Абсолютно. Этот день был для нас невезучий: ягод не нашли, Люда подвернула ногу, у меня сломалась машина — слетела шаровая.
— Да, да, у тебя тогда сломалась машина, — подтвердила жена. — Привез меня домой, а сам поехал в магазин, там и отвалилось колесо.
— Значит, Людмила, ты видела их в автобусе номер три после шести часов вечера двадцать первого июля? — весь напрягшись, спросил Смирный.
— Получается что да, это было двадцать первого, — уверенно ответила женщина.
— Ты понял, Слава? — обратился Смирный к Овсянникову. — Маршрут автобуса номер три пролегает мимо дома тети Сатаровой, где девушки ночевали с двадцатого на двадцать первое.
— Они ночевали у тети Сатаровой, вечером поехали в город, но Руслан пересадил их в свою машину. Получается, что они скрывались от Руслана, а он их каким-то образом нашел, — предположил Овсянников.
— Людмила, расскажи подробно, как ты ехала в автобусе, что видела, что слышала, — попросил женщину Смирный. — Лучше расскажи с начала дня.
— Значит, как мы тут определились, это было двадцать первого июля, — стала рассказывать женщина. — В этот день у Алексея машина была сломана, он починил ее только поздно вечером. Накануне я подвернула ногу, утром пешком дохромала до остановки, села в автобус номер три и поехала на работу. Работала до пяти вечера, а потом пешком добралась до конечной остановки автобуса номер три. Народу было немного, этих девушек я там не видела. Где-то в середине маршрута автобус резко затормозил, и я в окошко увидела, что его прижала машина вишневого цвета. Оттуда вышел Руслан и кому-то в автобусе помахал рукой. Я оглянулась и увидела двух девушек, которые ехали стоя, поскольку сидячие места в автобусе были заняты. В одной из девушек я узнала Сатарову Наташу, а вторая мне была не знакома. Незнакомая девушка сказала Наташе: «Ну что, пойдем, они нас ждут». Наташа не хотела идти, упиралась, но, в конце концов, они вышли и сели в машину Руслана. Я заметила, что в машине находится еще один мужчина, он выглядывал из окошка. Через несколько дней я узнала, что пропали две девушки и одна из них Сатарова. А потом увидела плакат, где были фотографии Сатаровой и другой девушки. Я не думала, что они пропали именно в тот день, когда я видела их в автобусе, поэтому не стала на это обращать внимание, решив, что в милиции так и так знают их связи с Русланом. Вот, собственно, и все, что я видела и слышала.
— Люда, сможешь узнать второго мужчину, который сидел в машине?
— Да, он из милиции, друг Руслана. Когда Руслан со своей шабашкой работали у нас, этот милиционер часто приезжал к нему. Однажды, во время выдачи зарплаты, рабочие подрались, этот милиционер также приезжал на разборки.
— Эльмурзиев, — предположил Овсянников.
Смирный, молча кивнув, задал вопрос женщине:
— Марка машины?
— Не могу сказать, я в них плохо разбираюсь, но вишневого цвета.
— Людмила, как были одеты девушки?
— Так же, как описано в плакате «Их разыскивает милиция».
— Хорошо… — задумчиво произнес оперативник и поинтересовался: — Кому еще рассказала об этом?
— О том, что видела девушек в автобусе?
— Да.
— Только Леше.
Смирный, повернулся к оперативнику, глянув на него вопросительно:
— Слава, что все это значит?
— Девушек в день пропажи вечером забрали Исхахов Руслан и Эльмурзиев. Больше никто их живыми не видел. В анонимке пишут о каких-то приезжих ментах. Может быть, неизвестный автор имел в виду Эльмурзиева, он приехал в наш город чуть более двух лет назад… — рассуждал Овсянников и вдруг удивил старшего ошеломляющей догадкой: — Послушай, Василич, во время убийства Коптевой Эльмурзиев уже был здесь?
— Хочешь сказать, что маньяк он? — удивился Смирный. — С трудом представляется, но эту версию необходимо проверить до конца.
Слышавшие разговор двух оперативников супруги ахнули:
— Что у вас творится в милиции!
Перед тем, как уйти, Смирный предупредил гостеприимных хозяев:
