Мысли в голове заметались, словно крысы, готовые покинуть тонущий корабль. «Кто-то идет спасти?» – надеялась одна. «Ох, непохоже!» – ныла другая. «Кто-то идет поесть!» – плакала третья. А вредина Ненэ жестко заявила, да так, что все нытики замолкли: «Это Аврора, гадюка, что-то подстроила!»
От этой фразы Нелли разозлилась, и силы стали к ней возвращаться. Сначала дернулся хвост, потом шевельнулись лапы, шея обрела силу, чтобы вращать голову. Нелли собралась в комок, напряглась и развернулась.
Как раз вовремя: в круглом проеме входа в зеленую пещеру стояла огромная трехголовая крыса.
Все-таки хорошо, что мышцы Нелли были парализованы. Она смогла только с шипением выдохнуть.
На изображениях многоголовых монстров их головы обычно идут рядком на плечах. А у этого мутанта, свободно стоявшего на задних лапах, три головы располагались как этажи: ниже линии плеч – одна голова, над ней – вторая и на самом верху – третья.
Нелли приготовилась к нападению монстра, но странное существо продолжало стоять в проеме и пялиться шестью темными глазами. Тут Ненэ напомнила слова Мариты, бесшабашной предводительницы: «Если тебя загнали в угол, веди себя вежливо».
Нелли решила, что будет правильно смотреть в глаза средней головы и обращаться к ней же.
– Здравствуйте, – едва слышно пропищала она.
Монстр дернулся всем телом, затем протиснулся в пещерку. Нелли охнула. В тусклом свете было видно, что шерсть существа свалялась, местами по телу шли огромные залысины. По белесому животу расползлись синеватые пятна. На когтях, загнутых в серпы, виднелись присохшие остатки чего-то бурого, к чему Нелли не стала приглядываться.
Чудовище подошло вплотную и наклонилось над Нелли всеми тремя головами. Она окончательно перестала дышать. От страха и от едкого запаха жженого пластика. Так же пахла единственная кукла Нелли, сожженная теткой Джен во дворике их дома в качестве наказания провинившейся племянницы.
Вдруг силуэт монстра начал терять четкий контур и сделался неясным, головы поплыли на фоне клубящегося тумана, а все шесть глаз засияли цветными осколками. Нелли замутило.
–
–
–
Головы заговорили одновременно и, скорее всего, не с Нелли. Но она, пытаясь побороть мучительную тошноту, уловила, что мнения голов разделились.
– Отпустите меня, – выдавила она.
Головы каким-то невероятным образом плавно поменялись местами. Нижняя ушла наверх, средняя – вниз, верхняя – в середину.
–
–
–
Головы еще раз поменяли месторасположение, и Нелли вырвало.
–
–
–
Нелли трясло, но она попыталась встать на лапы.
–
–
–
Нелли все-таки удалось подняться. Однако мышцы зашлись мелкой дрожью бессилия.
– Вы не могли бы… показать, где тут… выход? – пролепетала Нелли, безрезультатно стараясь побороть отчаяние и придать голосу твердость. Страха почти не было, лишь острое желание исчезнуть, раствориться, рассыпаться в пыль.
Монстр обрел устойчивую форму и выпрямился. Верхняя голова нырнула в туман, а нижняя расположилась точно против носа Нелли.
–
Вдоволь повеселившись, головы снова заговорили по очереди и теперь вели беседу с Нелли.
–
–
«Это они насчет пещеры», – борясь с тошнотой, решила Нелли.
– Если вошел, значит, можно и выйти, – слабеющим голосом возразила она, не теряя надежды выжить.
–
Монстр присел и выдохнул верхней головой прямо в нос Нелли облако зеленого дыма. Нелли стало легче, тошнота постепенно затихла.
Понимая, что с едой обычно не разговаривают, Нелли осмелела и даже стала понимать полную странной философии речь монстра.
–
Нелли кивнула.
–
