Нелли. Тайна серых теней полностью

– Одни, войдя, получают печаль, другие – довольство. Но никто не может выйти.

– Выйти невозможно.

«Невозможно? Как бы не так!» – подумала Нелли, чувствуя, как растворяются остатки немощи и страха, а в тело возвращается жизнь.

– А смерть? Чем не выход? – спросила она, желая показать, что не боится философских диспутов.

– Глупая! – заорали головы разом. – Смерть – лишь особый вход.

– Одни в него ломятся, другие ждут приглашения, третьи боятся войти.

– Но он всегда открыт.

– Он всегда ждет…

Последние слова нижняя голова многозначительно прошипела.

– А я в данный момент куда вошла? – спросила Нелли, подавив комок в горле.

– Хочешь понять? – неожиданно миролюбиво произнес монстр.

– Похвально.

– Но это непросто.

Он повернулся к Нелли спиной, видимо, чтобы она оценила его хвост, похожий на покрытый металлической чешуей канат. Хвост с легким скрежетом коснулся стены и оставил глубокую царапину, в которую сразу сбежало несколько зеленых капель.

– Это будет несколько ошеломляюще, – продолжало чудовище.

– Это будет страшно.

– Это будет неприятно.

– Ничего, – ответила Нелли, восстанавливая ровное дыхание. – Я не из пугливых.

В последнем утверждении Нелли не была полностью уверена, но решила в этом не сознаваться.

– Когда в школьной раздевалке, выйдя после душа, я не нашла своей одежды… – продолжила Нелли, следя за монстром, – это было неприятно и страшно. Хотя, наверное, вы этого не поймете. Пришлось завернуться в штору, которую я сорвала с окна, и бежать домой под хохот и улюлюканье. Ничего, я выжила!

Монстр подцепил когтем светящуюся зеленую каплю со стены. Жидкость мгновенно испарилась и легким облачком устремилась вверх.

– Типичные игры ворцелл! – Нелли уловила сочувствие в словах существа.

– Это хорошо, что ты обижена.

– Только мы, фламины, поможем тебе.

Он жестом указал следовать за ним и исчез в проеме.

Нелли бросилась следом. Ей было страшно, но интересно.

ни шли по холодному и скользкому, идеально круглому туннелю, словно выточенному в зеленом мраморе. Тонкие прожилки, бежавшие по стенам и потолку, светились и мерцали. Встречались боковые ответвления. Все напоминало нору в куске металла, но, в отличие от наполненного суетой пага Амы Августы, здесь, в зеленоватой холодной сырости, не было и намека на жизнь.

«Мы в кишечнике околевшего дракона!» – предположила Нелли.

Фламин двигался очень быстро. Нелли едва за ним поспевала. Разглядеть что-либо впереди было невозможно: спина чудовища закрывала весь проход. Оставалось следовать за монстром, стараясь не попасть под случайный удар его стального хвоста.

Своего запаха, последка, Нелли не улавливала. Значит, дорога наружу была не здесь. Если она надумает сбежать, вернется в пещеру с туманом. «Ничего, – решила Нелли, – осмотрюсь и…»

Неожиданно проход освободился, и навстречу Нелли хлынула волна жаркого воздуха, а в глаза ударил яркий зеленый свет. Ослепленная, она не успела затормозить, оступилась и вывалилась из туннеля, как подушка из старой наволочки. Почти два метра Нелли катилась вниз головой по горячему склону, поднимая облака пыли.

– Что же это делается! – возмутилась она, наконец остановившись. – Что же это?!..

Нелли застыла, не договорив.

Ее поразили огромные размеры помещения, открывшегося глазам. Нелли уже привыкла к тесным переходам пага и не ожидала увидеть под землей почти бесконечную залу с высоким потолком. Стараясь охватить взглядом все удивительное подземное сооружение, она вытянулась, привстав на задние лапы. Но, по неопытности, забыла опереться на хвост и завалилась на спину.

– Пес горелый! – только и смогла вымолвить она.

Когда-то и кто-то построил прекрасный храм. Он, этот кто-то, не поленился подобрать самые красивые камни и не поскупился на прихотливую резьбу. Архитектор установил двенадцать витых колонн, перекинул между ними ажурные арки, а две торцевые стены украсил замысловатыми узорами. Длинный, высокий даже для человека зал, обрамленный рядами арочных ниш со скульптурами фантастических чудовищ, делился на семь неравных частей. Каждую венчал утопающий в зеленой дымке крестовый свод.

Нелли задрала мордочку, чтобы разглядеть его. Там, в вышине, таинственно переливалось мозаичное изображение белого четырехлепесткового цветка с черной серединкой. Ни дать ни взять огромный глаз очумевшего зверя!

Под центральными сводами располагались три круглых бассейна, заполненные изумрудной жидкостью по самые мраморные бортики. Они сияли, как зеркала в резных рамах.