– Нет! – вывернулась Сабина. Она бесстрашно вернулась к телу декуриона и, откинув цветной лоскут, сдернула с плеча герольда узелок. – Теперь можем идти! – выдохнула она.
– Ну и дела! – только и смогла произнести Нелли. Малыш Улисс молчал, словно воды в рот набрал.
Когда они добежали до трубы, в тупике уже никого не было, кроме Красса, Сефлакса и четырех воинов.
– Где вы ходите?! – воскликнул полководец. – За вами есть еще кто-нибудь?
– Видимо, нет, – едва дыша, сказала Нелли.
Красс и воины с ужасом глядели на торквесс на ее шее.
Нелли быстро его сняла.
– Вот. Прокус передал. Они все погибли.
Красс немедленно водрузил ожерелье обратно.
– Ожерелье декуриона передается только декуриону, – хмуро сказал он.
Нелли решила подождать другого удобного случая, чтобы освободиться от непонятного украшения.
Отверстие, прогрызенное для побега из западни, было небольшое, но, видимо, достаточно крупное, чтобы пропустить и крыс, и бутылки с детенышами.
– Как вы его закроете? – спросила Красса Нелли, протискиваясь в трубу.
– Здесь есть кому это сделать, – ответил полководец, подталкивая Нелли вперед.
Она обернулась и увидела, что воины остались у отверстия.
– Ох, только не это! Неужели они закроют его своим телом? – ужаснулась Нелли, но в ответ получила лишь ощутимый толчок в спину.
Как и предполагала Нелли, в трубе проходил кабель в оплетке и несколько других изолированных проводов. Она похолодела, когда представила, что будет, если кто-то приложится к проводам зубами.
Но еще больше всполошилась, когда по следу поняла, что крысы выбрали не то направление.
– Они пошли не в ту сторону!
– Поздно! – проворчал Красс.
По ходу трубы возникло ответвление. Что еще хуже, судя по запаху, крысы свернули в него.
– Кто их ведет? – возмущенно спросила Нелли.
Через некоторое время Сабина, Улисс, Сефлакс, Нелли и Красс выползли из трубы на свет.
– Пес горелый! – воскликнула Нелли, осмотревшись. – Мы в моей школе! Вернее, в подвале.
Бэсс и воспитательницы вытряхнули малышей из бутылок, гладили и успокаивали их. Цицерон что-то вещал целой толпе малышей, состоявшей из его младших братьев и сестер, их сверстников.
Многие крысы, свернувшись клубочком, грели кто двух, а кто трех самых маленьких детенышей.
Нума в числе молодых крыс сновал от одной группки к другой и раздавал обнаруженную в незакрытом шкафу еду: конфеты, печенье, хлеб, шоколад, орехи.
Сефлакс сидел рядом с Сабиной, заботливо обняв ее.
Воины расположились по кругу, тревожно озираясь.
Корнелий и несколько следопытов шныряли по углам.
Нелли наконец убедилась, что колония была действительно многочисленной.
– Здесь можно обитать? – спросил тихо подошедший Красс. – Ты как считаешь?
– Обнаружив крыс, школу зальют ядом под завязку.
– Здесь же находятся дети человеческие!
– Я знаю, что говорю. Два года назад здесь травили тараканов. Для этого школу не закрыли даже на неделю. Не побоялись отравлений! Многие ученики тогда заболели.
– Надо куда-то уйти до утра, – сказал Красс.
– Надо, – согласилась Нелли.
– Мы ждем твоих предложений, – раздался голос сзади. Оказалось, что рядом с Нелли стояли еще шестеро уцелевших декурионов. Говорил высокий, который выступил на суде.
Ожерелье на шее Нелли стало в два раза тяжелее. Она вздохнула и стянула торквесс с шеи.
– Мне надо в кабинет к директору. Для начала, – сказала Нелли, вручая ожерелье одному из декурионов.
– Далеко? – поинтересовался Красс.
– Это здесь, на первом этаже.
Полководец подозвал Цицерона и Сефлакса:
– Проводите Нелли, куда она скажет. И берегите ее.
Корнелий нагнал их у двери.
– Кот. Один, – коротко сказал он.
– Я его знаю, это школьный кот Базилевс. Он неопасен: очень ленивый. Идешь с нами?
Корнелий кивнул, и быстрая улыбка пробежала по его морде.
Теперь Нелли была проводником. Отодвинув неплотно закрытую дверь столовой, отряд под ее началом вышел в темные коридоры школы.
– Был здесь когда-нибудь? – спросила Нелли Корнелия.
– Был.
– Меня не встречал?
– Не помню. Может, ты в школу нечасто ходила? – усмехнулся следопыт.
– Не до такой степени, чтобы следы совсем развеялись! – сказала Нелли.
Во всех школьных помещениях были зазоры между дверью и полом. Крысы протиснулись под дверью директорского кабинета.
– Зачем тебе понадобилось идти сюда? – спросил Цицерон.
– Видишь, – Нелли показала лапой на стену. – Карта города.
– Нелли, я плохо воспринимаю такие сложные изображения.
Нелли запрыгнула на диван, перебралась на директорское кресло, с него – на стол и уселась напротив карты на стене.
– Зато говоришь очень сложно, – заметила она. – Смотри. Вот школа, пустырь, портовый квартал, район «медуз», Морской корпус. Вот пассажирский порт. А вот – военная база. Туда нам и нужно. По этой дороге.
– Это очень далеко, – сказал снизу Сефлакс. – Я и другие шли до корпуса два дня. А выходил я не отсюда, а из Урбса. Оттуда гораздо ближе.
