Себастиан вздохнул. Черт, чистый дурдом. Скоро, пожалуй, ходьба по лесу покажется более привлекательной. Правда, могло быть и хуже. Здесь могла оказаться Малин Окерблад. Но она, слава богу, уехала утром в Карлстад и, если ничего особенного не случится, вернется не раньше завтрашнего вечера. Утром он не будил ее до половины шестого, а потом растолкал и объявил, что ей необходимо уйти. Она поинтересовалась почему, и он, в виде исключения, избрал правду:
– Я ни за что не хочу, чтобы тебя увидели Торкель и остальные. Ему это наверняка не понравится.
И приправил ложью:
– Я надеюсь, что мы сможем повторить…
Она понимающе кивнула и намекнула, что тоже ждет повторения, когда они встретятся в следующий раз. Себастиан изобразил улыбку.
Он надеялся, что она не разоблачит его по приезде и не станет к нему липнуть. Временное перемирие с Торкелем носит хрупкий характер.
Себастиан покинул комнату, свернул по коридору направо и спустился на несколько ступенек в кухню. Его ждал молодой человек в бежевой с синим одежде. Поверх темных волос – бейсболка. Заостренное, худое лицо. Близко посаженные карие глаза. Шрамы от неприятной угревой сыпи на лице.
– Рассказывай, – сказал Себастиан и, не представившись, уселся напротив него за кухонный островок.
– Я утром увидел в газете, что вы ее разыскиваете. – Он указал на фотографию Николь на первой странице лежавшей между ними газеты.
– Да, – подтвердил Себастиан, ожидая продолжения.
– Я видел ее. Вчера.
– Да, знаю, единственное, что нас интересует, это
– На работе. На бензоколонке, – ответил парень, показывая на эмблему фирмы на рубашке. – Она вошла, и я подумал, что она вместе с кем-то, кто заправляется, или что-нибудь в этом роде, но она торчала у холодильника и, казалось, никого не знала.
– Так, интересно, но где? – более нетерпеливо спросил Себастиан.
– Я точно не знаю, но думаю, она украла немного еды, – продолжил парень с бензоколонки, словно репетируя свою историю и не собираясь отступать от сценария.
– Наверняка украла, – кивнул Себастиан. – Где? – спросил он в надежде, что на третий раз получится.
Вернувшись в комнату, Себастиан быстро отыскал бензоколонку на карте. Воткнул булавку и рядом надписал фломастером дату и время. Он услышал в коридоре шаги и увидел проходившего мимо мужчину, за которым следовал Эрик.
– Эрик! – закричал Себастиан.
– Сейчас приду, только провожу до выхода этого человека, – ответил Эрик, кивая на конец коридора и спину идущего перед ним мужчины.
Себастиан уселся и опять посмотрел на карту, словно та могла рассказать ему, куда направилась Николь после того, как стащила на бензоколонке еду. Она пошла от дома Карлстенов на северо-запад. Продолжила ли она двигаться в этом направлении? Как далеко она, в таком случае, ушла? Есть ли у них в том районе группа?
– Что ты хотел? – спросил Эрик, заглядывая в комнату, и Себастиану не потребовалось даже воображать нежелание в его голосе.
– Она вчера была здесь, – сказал Себастиан, встал и показал. – Украла на бензоколонке еду.
Эрик вошел в комнату и с интересом посмотрел на карту.
– Я только что разбирался с вторжением в летний домик, в километре оттуда. – Он подошел, встал рядом с Себастианом и показал где. – Разбито стекло, украдено только немного еды, и выглядит так, будто кто-то спал под одной из кроватей.
– Под кроватью?
– Да, там остались лежать подушка, одеяло и покрывало.
Мозг Себастиана заработал с бешеной скоростью.
Испуганная маленькая девочка.
Боится всего, но вынуждена спать, вынуждена есть.
Это мог быть и кто-нибудь другой, но домик расположен в правильном направлении, и все вещи, не представляющие никакого интереса для девочки в бегах, на месте.
– Если это она, то она продолжает двигаться на северо-запад. Что там дальше находится?
– Граница с Норвегией…
– Вряд ли она хочет эмигрировать, – пробормотал Себастиан. – Что там находится по пути в Норвегию? – продолжил он и описал пальцем кружок на карте.
Более пристально изучив карту, Эрик с некоторым отчаянием покачал головой.
– Собственно, ничего. Или да, Медвежья пещера, но маловероятно, что она ее знает, а если знает, то ни за что туда не пойдет.
– Почему?
– Там в восьмидесятых годах пропали два парня. Их так и не нашли. – Эрик обернулся к Себастиану. – Здесь всем детям объясняют, что если туда зайти, тебя никогда не найдут.
Все встало на свои места.
– Этого-то она и хочет, – машинально произнес Себастиан. – Там она и находится. – Увидев скепсис во взгляде Эрика, он опередил его: – Да, я уверен. Вызывай остальных и едем туда.
Внезапно она проснулась.
От какого-то звука. Да, должно быть, от звука.
Она отметила, что снаружи светло. Свет частично проникал к ней в расщелину, но все-таки был недостаточно ярким и не мог разбудить ее. Но все-таки это значит, что она зашла недостаточно глубоко в пещеру. Надо переместиться. Дальше. В темноту. В забвение.
Холодно. Изо рта вылетают белые облачка пара. Но разбудило ее не это. Она более или менее мерзла всю ночь. Нет, она не сомневалась в том, что причина в другом: в звуке.
